Божественная комедия. Самая полная версия

Поэты идут по одной из каменных плотин Флегетона. Вдоль плотины навстречу им бежит толпа содомитов. Один из них узнает Данта: это его учитель, Брунетто Латини. Он спрашивает ученика о причине замогильного его странствования и, поощрив его к продолжению трудов, предсказывает ему славу, а вместе с тем и изгнание, при чем жестоко порицает флорентинцев. Данте оказывает глубокое уважение своему учителю, уверяет его, что готов на все превратности судьбы, лишь только бы совесть его была спокойна, и узнает, что большая часть наказуемых здесь грешников были люди, прославившиеся своей ученостью.

1    Вот мы идем по каменной твердыне,

Где пар с ручья туманом восстает

И гасит огнь в волнах и на плотине.

4    Как между Бригге и Кадзантских вод,

Страшася с моря грозного набега,

Фламандцы строят против волн оплот;

7    Как Падуанцы защищают с брега,

Вдоль бурной Бренты, виллы и сады,

Пока на Альпах зной не тронул снега, —

10    Так здесь плотин устроены ряды,

Хотя не столь громадно и высоко,

Строитель вечный, их воздвигнул Ты.

13    Уж были мы от леса так далеко,

Что усмотреть его не мог бы взор,

Как сильно бы ни напрягалось око.

16    Тут встретили мы грешных душ собор,

Бежавший вдоль плотины; он с испугом

Нас озирал, как делаем обзор,

19    При новолунье, встретившись друг с другом,

И как глядит в ушко иглы портной,

Прищурившись, расслабленный недугом:

22    Так в нас ресницы изощрял их строй.

Тут кто-то вдруг меня за полу платья

Схватил, вскричав: «Не диво ль предо мной!»

25    Пока ко мне он простирал объятья,

Я взор вперил в лицо с следами бед,

И обгорелый лик с клеймом проклятья

28    Я вмиг узнал, знакомый с юных лет.

Склонясь лицом к его лицу, с приветом:

«Вы ль это здесь, – вскричал я – сэр Брунет?»

31    А он: «Мой сын, не постыдись с Брунетом

Пройти назад хоть несколько шагов,

И пусть толпа меж тем бежит».

Я взор вперил в лицо с следами бед,

И обгорелый лик с клеймом проклятья

34    Был мой ответ, – я сам молить готов,

И, если вам угодно, с вами сяду,

Коль тот дозволит, с кем иду в сей ров».

37    «О сын! – сказал он. – Всяк, причтенный к стаду,

Лишь миг помедлит, будет осужден

Лежать в огне, сто лет не движась кряду.