Дальше не помню

– Как ты тут?

– Да лучше всех. На, глотни.

Я сел на свое место и выпил. Между тем она встала и, пошатываясь, закрыла купе на замок.

– Может про себя что-нибудь скажешь?

– Да что я, живу унылой жизнью холостяка. У меня, видишь, таких драм не происходит.

– Таких не происходит, но другие-то точно есть?

– Да не сказал бы.

Моя рука, держащая бутылку, лежала на столике. Инна потянулась за бутылкой и обхватила вместе с ней и мою руку.

– Ничего себе, какой ты теплый.

– Ну да, я же живой.

– У тебя, кстати, очень красивые волосы.

«Похоже, началось», – подумалось мне. Ее рука все также оставалась на моей.

– Спасибо, а ты вообще вся красивая, – представляю, как было бы убого, проходи наш диалог в трезвом состоянии.

Она поднялась со своего места.

– Подсяду к тебе, не против?

– Конечно.

Инна села рядом, сразу же закинув свою ногу на мою. Через мгновение, которое всегда сложно зафиксировать, мы начали целоваться. Одной рукой я приобнял ее, а другой трогал ее грудь через футболку.

Лезть под нее я не стал – иначе уже бы совсем не смог сдержаться. «Что, черт возьми, происходит?», – с гневом спросил я себя. Вдруг она отстранилась от меня и прилегла. Некоторое время я ее не трогал и, похоже, она заснула. После того, как мне удалось переложить ее на место, я, не снимая джинсы, сам упал спать.

Стук не кончался. Наконец, я открыл глаза и, разлепив губы, выдавил: «Да?».

– Через сорок минут приезжаем! – это была проводница.

Мне очень хотелось воды и курить.

Вроде выпил вчера совсем немного. Я поднялся и потрогал Инну за плечо. Когда она очухалась, я улыбнулся и сказал, что прибываем совсем скоро.

Время до Хельсинки мы провели раздельно – она была в туалете, а я бесцельно шатался по вагону и периодически ходил курить. Впрочем, и обсуждать нам особенно было нечего. Когда мы начали тормозить, Инна бросила мне: «Пока!», и покатила чемодан к выходу. Я же остался сидеть в купе. Поезд остановился. Через окно я увидел на перроне Славу – того самого, с которым мы столь удачно сходили на стендап, и на душе как-то потеплело.

Закинув рюкзак на плечо, я хотел выйти из купе, как вдруг заметил, что на перроне Инна бросилась на шею двухметровому и бородатому финну. «О, Теему», – зачем-то вслух сказал я. Некоторое время задержавшись перед окном, я понаблюдал за их счастьем – они смеялись и целовались. Потом Теему подхватил ее чемодан, и пара скрылась из моего поля зрения.