Ана, несовременный роман

Довольно нелепая фраза – «жизнь такая», но в подобной нелепости есть правда.

Ана молчала, находилась в двойном состоянии – все видела и слышала, но едва управляла собой. Ей надо было что-то придумать, чтобы Музыкант предложил увидеться еще раз. Но голова отказывалась помогать.

А Музыкант оставался безобразно галантным и сдержанным.

– Спасибо. До подъезда я дойду сам, это уже рядом. Простите, что не узнал вас сразу. Спасибо.

Он протянул Ане руку, перехватил ее кисть своими огромно-длинными пальцами и нежно поцеловал.

Нет, не в двадцатом веке… Но от этого видеть, как он удаляется, легче не стало.

Музыкант отошел шагов на десять и покачнулся, будто его раздирали две силы. И вернулся.

– Простите, совершенно не умею общаться. Или, что называется, знакомиться. Да? Мы могли бы встретиться? Мы так и не поговорили о вашей…

Ана рассмеялась. Возвращение Музыканта вернуло ей силы.

– Да нет у меня никакой дочери. И мужа нет. И вообще, наша встреча это почти недоразумение. – Ана подумала секунду и добавила, – Нет, недоразумения не было.

Все очень необычно. Но я не могу сразу рассказать, как все вышло. Не поверите.

– Поверю.

Ана рассмеялась.

– Все равно, лучше не сегодня. Вы только поверьте, что я тоже не умею знакомиться.

– А я это почему-то знаю. Немного странно. Да?

– Очень странно.

* * *

Ана вернулась в комнату. Опять пошла бродить по квартире, пытаясь найти непонятно что. И когда нашла отражение в зеркале, оно не показалось ей несчастным. Напротив, никакого недовольства собой.

Глаза лучились. Господи, как у девчонки после первого поцелуя.

Все привычные ночные звуки ушли на восьмой план. Или девятый, несуществующий. Не хотелось покупать подушку пенсионеру. Нет, все-таки надо купить, пусть у него будет маленький праздник. Совершенно не волновало, что будет завтра. Придется маскировать круги под глазами или нет? Хотя, если будут, придется. Никуда не денешься. Надо пережить целый день, а вечером быть в том же кафе.

Он странный, по-хорошему странный.

Ничего не скрывает. Умеет рассказывать, да? Ты хоть что-нибудь помнишь, что он говорил? Кажется, да, но это тоже почему-то не волнует. Святая беспечность. Ты же его совсем не знаешь. Может, он будет занудой. Или хуже того. Может, для него, кроме музыки и детей, чужих детей, ничего на свете не существует. Да?

Напугала себя, да? Ну, вот. Переняла его манеру прибавлять утверждающий вопрос в конце фразы. Но не напугала. По-фи-гизм. Полный.