Вот так мы теперь живем

– Но вы согласны, что нам надо что-то сделать с акциями? – спросил сэр Феликс, думая, что доктрина прощения может завести слишком далеко.

– О да, конечно. Пусть старый Грендолл живет, я всей душой желаю ему всяческих благ, но пусть даст жить и мне. Только кто привесит кошке бубенчик?

– Какой кошке?

– Бесполезно идти к старому Грендоллу, – сказал лорд Ниддердейл, немного разбиравшийся в положении дел, – да и к молодому Грендоллу тоже. Один будет только сопеть, другой наплетет, что ему в ту минуту вздумается.

Кошка в данном случае – наш великий хозяин, Огастес Мельмотт.

Разговор произошел на другой день после того, как Феликс Карбери вернулся из Суффолка. Мы знаем, что ему предстояло пойти к старому Мельмотту за согласием на брак с его дочерью. Это тоже значило привесить кошке бубенчик, и сэр Феликс совершенно не хотел брать на себя еще и второй. В глубине души он боялся Мельмотта. Ему подумалось, что Ниддердейл – очень чудной малый.

Говорить о Библии, о прощении грехов… да еще упомянуть женитьбу на деньгах! Ниддердейл сам хочет жениться на Мари Мельмотт и уж верно знает, что он хочет того же. Какая бестактность об этом говорить! А теперь Ниддердейл еще и спрашивает, кто подвесит кошке бубенчик!

– Вы бываете там чаще меня, так что, пожалуй, лучше пойти вам, – сказал сэр Феликс.

– Куда?

– На заседание совета.

– Но вы постоянно у него дома. Со мной он, думаю, будет вежлив, потому что я лорд, но по той же причине он будет считать меня бо?льшим болваном из нас двоих.

– Не понимаю, отчего вы так думаете.

– Я его не боюсь, если вы об этом, – продолжал лорд Ниддердейл. – Он прожженный старый негодяй, и я не сомневаюсь, что он содрал бы кожу с меня и с вас, если бы мог продать наши кости. Но поскольку он не может содрать с меня кожу, я попытаюсь. В целом, думаю, я ему скорее по душе, потому что всегда был с ним честен.

Будь дело только в нем, я мог бы получить девицу завтра.

– Да неужто? – Сэр Феликс не хотел выразить сомнение в словах приятеля, просто не знал, как ответить на такое странное заявление.

– Но она не хочет за меня идти, а я не совсем уверен, что хочу на ней жениться. Хорошенькое будет дело, если денег никаких не окажется.

И лорд Ниддердейл легкой походкой вышел прочь, оставив баронета размышлять над своим намеком.