Город Брежнев

Перед совещанием она успела заскочить в райисполкомовский буфет и ухватить пирожок с морковкой и стакан кефира. Теперь пирожок тяжело лежал в желудке и, похоже, намекал, что намерен там жить если не всегда, то как можно дольше. Последнее время такие намеки делала почти любая столовская еда. Все-таки надо сходить на обследование. Но сперва надо затолкать туда Вадика, он все чаще на салаты жалуется, может, печень шалит, а такое запускать нельзя, подумала Лариса решительно и от этой решительности почти не вздрогнула, услышав:

– Вот тут помощь объединения и пригодится, верно, Лариса Юрьевна?

Лариса сдержанно кивнула, судорожно пытаясь сообразить, о чем идет речь, хотя бы приблизительно, и что делать, если от нее потребуется развернутый ответ.

Мария Владимировна, к счастью, кивком вполне удовлетворилась и продолжила:

– Соответственно, и с этой стороны мы поддержку обеспечим, по школьной и комсомольской линии беседы проведем, преподавательский состав и актив сориентируем.

Но все-таки давайте не будем забывать, что пусть семья и школа главное, а если началось откровенное хулиганство, то его надо пресекать – и это уже ваша работа.

– Только где мне еще столько работников взять, – сказал милиционер и разом перестал улыбаться.

– Ви-иктор Гарифович! – протянула председатель комиссии. – Мы с вами в каком городе живем? Челн… В смысле, Брежнев, конечно, вся страна строила, но если бы молодые ребята, которые сюда приехали, жаловались на нехватку людей, рук, лопат, техники – а всего не хватало, вы поверьте, – то мы бы сейчас не разговаривали в прекрасном современном здании посреди прекрасного современного города.

Изыскивайте резервы, повышайте эффективность работы – у вас же наверняка есть методы?

– Это да, – признал милиционер и снова заулыбался. Гадко.

Мария Владимировна моргнула и продолжила другим, осторожным тоном:

– По-моему, Виктор Гарифович, вы несколько, э-э, сгущаете краски.

Хулиганы были везде и всегда, я сама в таком районе росла, здоровые мужики даже днем меньше чем по трое не ходили, а чтобы вечером сунуться… Кепочки, заточки, зубы железные, ну, вы понимаете.

– Так точно. Но везде это как происходит? Есть чинный благородный центр и есть рабочие окраины со шпаной и кепочками. А у нас получилось, что весь город – рабочая окраина, и самый основной – тридцатый комплекс, куда уж центровее.