Проблемы безумно богатых азиатов

Это специальный заказ, для выполнения которого пришлось нанять четырех вышивальщиц на три месяца на полный рабочий день, и у нас впереди еще несколько недель работы. Я бы сказал, что это платье со всеми дисками из розового золота и драгоценными камнями обойдется покупательнице в два с половиной миллиона евро.

Китти уставилась на платье, ее сердце внезапно заколотилось сладко-сладко, как бывало всякий раз, когда она видела что-то действительно возбуждающее.

– Я хочу его!

– О, мадам Бин, мне очень жаль, но это платье уже обещано другой клиентке.

 – Люка виновато улыбнулся.

– Ну сшейте еще одно. То есть еще три, конечно.

– Боюсь, мы не сможем сшить точно такое же платье.

Китти недоумевающе посмотрела на него:

– О, я уверена, что сможете.

– Мадам, я надеюсь, вы поймете… Джамба был бы рад создать для вас другое великолепное платье в той же манере, а именно эту модель повторить нельзя. Это единственное в своем роде произведение, созданное для нашей особой клиентки. Она тоже из Китая…

– Я не из Китая.

Я из Сингапура![39 - Китти жила в Сингапуре в течение двух лет, и то не постоянно, но, как и многие другие иммигранты из материкового Китая, называла его своим домом. – Примеч. автора.] – заявила Китти.

– И что это за «особая клиентка»? – потребовала ответа Венди, ее густая грива бронзового оттенка а-ля Бейонсе дрожала от негодования.

– Какая-то подруга Джамбы. Я знаю только ее имя – Колетт.

Девушки внезапно умолкли, не решаясь озвучить уточняющий вопрос, который нужно было задать.

Наконец заговорила Венди:

– Э-э-э… вы говорите о Колетт Бин?

– Я не уверен, что это ее фамилия. Погодите, я проверю спецификацию. – Он перевернул страницу. – И правда, Бин! Какое совпадение! Вы родственники, мадам Бин? – спросил Люка.

Китти выглядела как олень, попавший в свет фар. Люка шутит. Он же наверняка должен знать, что Колетт – дочь ее мужа от первого брака.

Тут быстро встряла Татьяна:

– Нет. Но мы знаем ее.

– А то! – фыркнула Венди.

Она размышляла, стоит ли рассказать, что тирада, в которой Колетт предстала настоящей сукой, набрала тридцать шесть миллионов просмотров только в «Вичате»[40 - «Вичат» – китайский мессенджер.

], сделав ее печально известным олицетворением дурно воспитанных отпрысков фуэрдай[41 - Так на китайском называются богачи во втором поколении, этот ярлык сродни термину «детки целевых фондов» и передает презрение и зависть. – Примеч. автора.], и она была вынуждена бежать в Лондон с позором.