Женщина в белом

Может быть, не стоит больше наводить справки, а подождать до завтра и передать все в руки мистера Гилмора?

– Ни в коем случае, мисс Голкомб. Напротив! То, что произошло в школе, убеждает меня в необходимости вести дальнейшие розыски.

– Почему?

– Подозрение, зародившееся во мне, когда я прочитал анонимное письмо, теперь подтвердилось.

– По всей вероятности, мистер Хартрайт, у вас были до сих пор основания скрывать от меня ваше подозрение?

– Я сам боялся думать о нем. Я считал его совершенно нелепым, необоснованным, мне казалось, что оно плод моего больного воображения.

Но я больше этого не думаю. Не только ответы мальчика, но и случайная фраза, слетевшая с уст учителя, утвердили меня в моем предположении. Возможно, дальнейшее докажет, что я заблуждаюсь, мисс Голкомб, но сейчас я твердо уверен, что мнимый призрак на кладбище и автор анонимного письма – это одно и то же лицо.

Она остановилась, побледнела и пытливо посмотрела на меня:

– Кто же это?

– Школьный учитель, сам того не зная, ответил вам.

Говоря о фигуре, которую мальчик видел на кладбище, учитель сказал: «Женщина в белом».

– Неужели Анна Катерик?

– Да, Анна Катерик.

Она тяжело оперлась на мою руку.

– Я не знаю отчего, – сказала она тихо, – но ваше подозрение приводит меня в ужас и надрывает мне сердце. Я чувствую… – Она остановилась и сделала попытку улыбнуться. – Мистер Хартрайт, – продолжала она, – я покажу вам могилу и сразу же пойду домой. Лору нельзя оставлять одну надолго. Я лучше вернусь и побуду с ней.

Мы подошли к самому кладбищу. Церковь, угрюмое здание из серого камня, стояла в небольшой ложбине, защищенной от суровых ветров, дувших через поросшую вереском равнину, которая простиралась вокруг.

Могилы тянулись по склону холма – немного дальше от церкви. Невысокая стена из грубого камня окружала кладбище; оно лежало под небом голое и открытое. Лишь в глубине его группа хилых деревцев бросала скупую тень на хилую, редкую траву да быстрый ручеек протекал по каменистому руслу. На кладбище можно было пройти с трех сторон, там, где к ограде примыкали снаружи и изнутри широкие каменные ступени.

Неподалеку от одного из таких входов, за ручьем и деревцами, возвышался мраморный крест над могилой миссис Фэрли, резко отличавшийся от скромных надгробий, которые стояли вокруг.

– Теперь я могу не идти с вами дальше, – сказала мисс Голкомб, указывая на мраморный крест. – Вы, конечно, расскажете мне, если обнаружите что-нибудь подтверждающее вашу догадку.