Женщина в белом

– Иду! Иду! – кричала она из-за деревьев.

Через минуту показалась миссис Клеменс. Она почти бежала к нам.

– Кто вы? – вскричала она, входя на кладбище. – Как вы смеете пугать эту бедную, беззащитную женщину?

Прежде чем я успел ответить, она была уже около Анны Катерик и обнимала ее.

– Что с вами, дорогая? – говорила она. – Что он вам сделал?

– Ничего, – отвечала несчастная. – Ничего. Я только испугалась.

Миссис Клеменс бесстрашно обернулась ко мне с негодованием, за которое я тут же проникся к ней уважением.

– Мне было бы очень стыдно, если бы я заслужил ваш гнев, – сказал я. – Но я не заслужил его. Я испугал ее без всякого намерения. Она видит меня не в первый раз. Спросите сами, и она вам скажет, что я не способен нарочно напугать ее.

Я говорил очень отчетливо, чтобы Анна Катерик тоже услышала и поняла, и увидел, что смысл моих слов дошел до нее.

– Да, да, – сказала она. – Он был добр ко мне однажды, он помог мне… – Она зашептала на ухо своей подруге.

– Вот как! – сказала удивленно миссис Клеменс.

 – Конечно, это меняет дело. Простите, что я так грубо разговаривала с вами, сэр, но согласитесь, что со стороны это выглядело подозрительно. Я сама виновата больше вас: потакаю ее затеям и отпускаю ее в такое пустынное место одну. Пойдем, дорогая, пойдем теперь домой.

Мне показалось, что добрая женщина боялась возвращаться на ферму в такой час, и я предложил проводить их через пустошь. Миссис Клеменс поблагодарила, но отказалась, говоря, что по дороге они, наверно, повстречают работников с фермы.

– Простите меня, прошу вас! – сказал я, когда Анна Катерик взяла за руку свою подругу, чтобы уйти.

Я был так далек от намерения напугать и растревожить ее. Сердце мое заныло, когда я вгляделся в ее грустное, бледное, взволнованное лицо.

– Я постараюсь, – отвечала она. – Но вы слишком многое знаете. Думаю, что теперь я всегда буду бояться вас.

Миссис Клеменс бросила на меня быстрый взгляд и сочувственно покачала головой.

– Доброй ночи, сэр, – сказала она.

 – Вы ни в чем не виноваты, я знаю, но лучше бы вы напугали меня, а не ее, бедную.

Они сделали несколько шагов. Я решил, что они уходят. Вдруг Анна Катерик остановилась и сказала своей подруге:

– Подождите минутку, я должна попрощаться.

Она вернулась к могиле, с любовью обняла памятник и поцеловала его.

– Мне уже лучше, – вздохнула она, спокойно глядя на меня. – Я вам прощаю.

Она снова присоединилась к миссис Клеменс, и они покинули кладбище.