Полное собрание стихотворений

Я еще покуда подышу,

Ибо завтра крепче напишу!

    1972

Дайте спокойствие человеку!

Странною жизнью живет человек:

Чуть ли не всем овладел на свете!

Только и слышишь: «Атомный век,

Квантовый век, электронный век,

Плазма, космическое столетье».

Но вместо того, чтобы день за днем

Чувствовать радости обновленья,

Мы словно бы нервно всегда живем

Под током высокого напряженья.

Ну разве когда-нибудь было так,

Чтоб земли хоть раз расцвели содружьем,

Чтоб кто-то нигде не звенел оружьем

И злобой не тлел никакой очаг?!

А хочется, хочется, чтоб года

Мирно, как звезды, смотрелись в реку.

Нельзя нервотрепками жить всегда,

Дайте спокойствие человеку!

Нет, не спокойствие равнодушья,

А ясность и радостные волненья.

Ведь горькие, нервные напряженья

Хуже порой любого удушья.

Как мы страдаем от разных ссор,

Срываемся, грубо браним кого-то.

Резкое слово же, как топор,

Порой вдруг навек отсекает что-то.

Когда же мы сможем остановить

Стычек и распрей дурную вьюгу?

Нельзя с нервотрепками вечно жить

И укорачивать жизнь друг другу!

Нельзя ни позволить, ни допустить,

Чтоб ради справки или решенья

Чинуши, которых не прошибить,

Могли посетителя доводить

Почти до полного исступленья.

Нельзя, чтоб на улицах и балконах

Гремели, сомкнуть не давая глаз,

«Спидолы», гитары, магнитофоны,

Чтоб где-то в бутылочном перезвоне

Плясала компания в поздний час.

Неужто должны и теперь кварталы

Трястись под тяжелый трамвайный гром?

И люди, с работы придя устало,

Обязаны слушать, как самосвалы

Ревут неистово за окном?!

То громом, то шумом, то злостью фраз

Как же мы нервы друг другу гложем.

Нет, как-то не так мы живем подчас,

Честное слово, не так, как можем!

Не десять ведь жизней дается нам,

И надо сказать и себе, и веку:

Долой нервотрепку ко всем чертям,

Дайте спокойствие человеку!

    1972

Церковь в Переделкине

Не сразу поймешь: какой это век?

Москва.

С утра просыпается человек,

Разбужен густым колокольным звоном.

Сперва будто сом ударит хвостом:

Бо-о-ом!

Затем поменьше колокола:

Динь-ла! Динь-ла!

А дальше как маленьких птиц перезвон:

Длинь-дон! Длинь-дон!

И люди идут, и люди идут,

Одни – чтобы истово помолиться,

Другие, их тоже немало тут,

Скорей из праздного любопытства.