Суер-Выер и много чего ещё

Чугайло явился на палубу в каких-то полупортах, в одной подтяжке, крайне раздражённый тем, что его разбудили.

– В чём дело, кэп? – ревел он. – Чья вахта? Поспать не дадут! В чём дело?

– А дело в том, господин Чугайло, что я хотел бы послать вас на…

И тут Суер недолго думая взял да и послал. И что же вы думаете?

Среди островитян немедленно объявился новенький боцман в полупортах и подтяжке.

А старый Чугайло, хоть и посланный, остался стоять на борту. Тут все наперебой стали посылать боцмана на…, и на острове становилось всё больше и больше боцманов.

Чугайло терпел-терпел, да вдруг взял да и всех нас послал на…, и мы тут же очутились на берегу, хотя и оставались на борту.

Тут на нас разобиделись островитяне.

– И так места нет, – бубнили они, – а вы друг друга всё посылаете и посылаете. А ведь вы не одни на свете. Вся планета, а в особенности Московская область, то и дело посылает кого-нибудь на… Если уж вы так хотите, то пошлите нам кого-нибудь из чиновных сановников или руководителей банкионерных обществ.

Ну, мы не стали чиниться и дружно послали пару сановников и с десяток руководителей другого ранга.

Островитяне охотно потеснились, и наши посланцы дружно выстроились в их рядах.

Надо сказать, что они тут же стали демократичны, жали другим посланным руки и всячески братались.

– С посланными нам всё ясно, – сказал капитан, – но интересует ещё и судьба пославших. Неужели для них особый остров?

– Что вы, что вы, капитан. Пославшие тоже тут, среди нас. Ведь любой посланный тут же пославшего посылает.

– Ах, – сказал Суер, – надо отплывать, но всё-таки напоследок я очень хочу послать на… такого-то товарища, вроде господина… Разрешите, братцы!

Мы дружно разрешили, и капитан послал.

Я крепился-крепился, а потом последовал примеру нашего великого капитана: взял да и послал одного там на… Послал, но тут же пожалел, такой уж у меня характер. Но отозвать посланного обратно, как вы сами понимаете, было уже невозможно.

Глава XL

Остров Лёши Мезинова

– …и прочая суета, – сказал Суер, погружая уголь своего тела в топку вместительного кресла.

Тулумбасы гудели…

Они гудели всю ночь, и под утро Суер выкинул шлак своего тела из сытого чрева топки вместительного кресла и сказал:

– Не чувствую морального права. Не чувствую!

– Да ладно, бросьте, кэп, – заныл Кацман. – Мало ли островов, на которых мы не побывали? Плюнем и на этот.