И всех их создал Бог

– Больше мистера Керкли?

– Еще бы!

Джимми поглядел на меня искоса, и я понял, что он сейчас пустит в ход два своих козыря.

– Больше, чем газовщик?

Великан, являвшийся в Скелдейл-хаус снимать показания газовых счетчиков, покорил воображение моего сына, и я должен был внимательно обдумать ответ.

– Ну-у… Знаешь ли, мне кажется, он все-таки больше.

– А! Только… – Тут у Джимми лукаво вздернулся уголок рта. – Мистера Тэкри он тоже больше?

Это был нокаут. Кто мог быть больше мистера Тэкри, взиравшего сверху вниз на всех обитателей Дарроуби с высоты своих шести футов семи дюймов?

Я покорно пожал плечами:

– Нет.

Джимми просиял и победно кивнул. Потом начал что-то напевать, барабаня пальцами по приборной доске. Вскоре стало ясно, что он запутался и никак не может вспомнить, как там дальше. Терпение не входило в число его добродетелей: он начинал, снова путался, снова начинал, и было видно, что гневной вспышки не избежать.

После того как мы спустились по крутому склону в деревушку и очередная порция «там-ти, там-ти» резко оборвалась, Джимми воинственно повернулся ко мне.

– Знаешь, – сердито буркнул он, – надоело мне это хуже горькой редьки!

– Ну что же, старик, очень жаль. – Я призадумался. – Ты же, по-моему, поешь «Лиллибурлеро». – И я быстро напел мотив.

– Ага! – Джимми хлопнул себя по коленям, несколько раз во все горло пропел мелодию и пришел в такое отличное настроение, что высказал свое, видимо, довольно давнее желание: – Папа! Ты мне сапоги не купишь?

– Сапоги? Так ты же в сапогах! – И я кивнул на резиновые сапожки, в которые Хелен всегда его обряжала перед визитом на ферму.

Он печально поглядел на них, а потом сказал:

– Я знаю. Только я хочу такие сапоги, как у фермеров.

Я растерялся. Что тут было ответить?

– Видишь ли, Джим, маленькие мальчики в таких сапогах не ходят. Вот когда ты подрастешь, то, может быть…

– Так они мне сейчас нужны, – произнес он горестно. – Мне нужны настоящие сапоги!

Я решил, что это случайный каприз, но он продолжал вести планомерную кампанию день за днем, с невыразимым отвращением глядя на резиновые сапожки, когда Хелен натягивала их ему на ноги, и скорбно опуская плечи, чтобы показать, насколько мало подобная обувь подходит такому мужчине, как он.

В конце концов как-то вечером, уложив его спать, мы обсудили положение.

– Подбитых сапог его размера вообще, наверное, не бывает, – сказал я.