Индиль

«Если отсюда есть выход, однажды я обязательно найду его. Ведь где-то должна закончиться эта стена». Шорох крыльев застал ее врасплох, однако, ничуть не смутил.

– Куда ты идешь, нимфа? – прозвучал знакомый тихий голос за ее спиной.

– Не все же мне сидеть в липкой луже на холодном полу, – не оборачиваясь, ответила она.

– Отсюда нет выхода. Отсюда нельзя уйти.

Индиль обернулась. Демон стоял позади нее, облокотившись плечом о стену и чуть склонив голову набок.

– Куда ты все время улетаешь?

– Там, где я бываю, не самое подходящее место для маленьких нимф.

– А это место – самое то?

Демон улыбнулся.

– Да, это как раз то, что нужно. Здесь безопасно. Я могу оставить тебя здесь без присмотра.

– Тебя все это забавляет? А меня нет. Мне все равно, что там, за этими стенами. Забери меня отсюда!

– Нет. Я не могу. Я уже преступил законы Тьмы. У меня не будет шансов. И тебя погублю.

– И что делать мне? Бесконечно блуждать по этим коридорам?

– Стань частью Тьмы.

Тьма сама найдет тебя. Лишь произнеси в мыслях Ее имя.

Он отошел от стены и медленно поднял крылья.

– Не уходи.

Он взял ее руку и надел ей на палец перстень, украшенный одним единственным камнем. И Индиль узнала его. Узнала этот камень. В изумлении она подняла глаза на демона.

– Я смог принести тебе лишь один из них. Эти камни слишком тяжелые для меня. И они прожигают меня насквозь.

– Арнмир-гилгалад, – едва слышно прошептала нимфа.

– Да. Последний из них.

Возьми его. И пока ты здесь, переверни этот перстень камнем к ладони и не давай ему зря гореть во тьме. Прощай.

Одна во тьме. Эпизод десятый

И он ушел. Индиль, как зачарованная, смотрела ему вслед. Где-то далеко, в глубине своих коридоров, он взмыл вверх, оставив ей на прощание лишь шум крыльев. Больше Махталеон не являлся ей и не говорил с ней. Она ждала его. Она искала с ним встречи. Иногда она звала его, но он словно забыл о ней.

Она потеряла счет времени.

Она не знала, сколько часов, дней, лет проходило мимо нее. Она не чувствовала ни голода, ни жажды, ни усталости. Единственной ее потребностью стало движение, неудержимое желание продолжать свой путь, вперед и вперед, по длинным нескончаемым коридорам лабиринта.

Что-то звало, манило ее туда, в глубину, в самое сердце Тьмы. Какая-то неведомая сила, томная и одновременно неистовая, влекла, тянула ее за собой, и она повиновалась ей беспрекословно.