Айбала. История повитухи

Когда Айбала вслед за Меседу спустилась в кухню, родителей там уже не было. Их голоса раздавались из гостевой комнаты. На столе стояла миска с остывшим хинкалом, к которому отец так и не притронулся. Меседу прошла мимо Айбалы словно чужая. Помедлила, вошла в гостевую комнату и плотно закрыла за собой дверь.

Айбала не пошла за ней. Она привыкла поддерживать сестру, но сейчас не могла. Их разделило непонимание – впервые с того дня, как пятилетняя Айбала, встав на цыпочки, заглянула в люльку, где лежала новорожденная Меседу.

И сейчас Айбала задала себе вопрос, не было ли ее сегодняшнее поведение, которое Меседу наверняка сочла предательством, проявлением невольной зависти: младшую сестру вопреки традиции выдают вперед старшей, а к ней, Айбале, так никто и не посватался. Не важно, что жених Меседу Айбале совсем не нравился – ее мог возмутить сам факт подобной несправедливости. Она всегда была честна с собой, даже если порой это давалось нелегко, и сейчас так же честно ответила: нет, она не завидует сестре. Она хочет уберечь ее от опрометчивого шага.

Айбала надеялась, что вместо нее это сделает отец. Он всегда принимал правильные решения. Мама никогда ему не перечила, зная, что это бесполезно; она могла лишь попробовать его переубедить, но умела вовремя отступить, зная крутой нрав мужа. Хотя за все годы брака Джавад ни разу не поднял на Шуше руку, она предпочитала не испытывать судьбу и сразу шла на попятный, едва брови Джавада сходились на переносице.

Меседу не выходила из гостевой комнаты очень долго. Айбала успела перемыть посуду, замочить нут для бозбаша[21 - Бозбаш – суп из баранины, нута и овощей.], вытряхнуть половики и подмести полы. Попыталась поесть остывшего хинкала, но кусок не шел ей в горло; она напряженно вслушивалась, но кроме тихих голосов, ничего не могла разобрать.

Наконец, когда за окнами уже начало темнеть, дверь открылась и Меседу, не глядя на Айбалу, быстро прошла на женскую половину.

Айбала испытала одновременно жалость к сестре и облегчение, что беду удалось предотвратить. Следом вышел отец. Его лицо было уставшим и странно задумчивым. Шуше не показывалась.

Айбала решила, что мама слишком огорчена расстроившейся помолвкой; ей предстояло сообщить сестре Садуллы-хазрата, что их договоренность отменяется.

Отмена помолвки была крайне неприятным делом.