Блистательные годы. Гран-Канария

 – Разве это не замечательно?

Что ж, вполне, но не более того. Но радость в ее голосе тронула его, столько в этом было живого чувства.

– Еще более замечательно то, как ты меня встречаешь, Джин.

Он стоял, пристально глядя на нее, не желая покидать теплый уют ее присутствия.

– Где больной?

– Наверху. В ужасном настроении – это показывает, что он не так уж и болен.

– Так или иначе, я взгляну на него прямо сейчас.

Дункан снова улыбнулся ей и повернулся к лестнице.

Старый доктор сидел, опираясь на подушки, в кресле с высокой спинкой, на коленях у него был плед, у локтя пыхтел чайник на случай приступа астмы.

Глава 37

– Итак, – прохрипел Мердок, – перед нами сама великая личность. Прямиком от пробирок и нарядных белых халатов!

Дункан с особым интересом посмотрел на него.

– Вы должны быть в постели, – сухо сказал он. – У вас температура, наверное, под сотню[2 - 100 градусов по шкале Фаренгейта соответствуют 37,8 °C.

– Цианоз! – передразнил Мердок. – Это один из ваших новых научных терминов, благослови Господь мою душу! Я уже почти вылечился!

– Пожалуйста, не надо. Вы делаете себе только хуже!

– Может, и так, – пробормотал Мердок. – Но я выздоровлю и без твоей помощи, дорогой доктор. Я за тобой не посылал – это все Джин. И если ты посмеешь попробовать на мне хоть что-то из своих новомодных примочек, я встану с этого кресла и тогда берегись! – Он сделал паузу, затем добавил с насмешливой иронией: – Да, чуть не забыл – как поживает твоя любимая женщина?

Дункан стиснул зубы:

– С ней все в порядке.

– Ты разочаровал меня, наглый юный щенок! – возопил Мердок. – Тебе должно быть стыдно за себя!

– А вам за себя, старый упрямый дурак!

Однако, поскольку эта сцена была не на пользу больному, Дункан сделал над собой огромное усилие, чтобы удержаться от дальнейшей перепалки.

– Мне нужен список завтрашних вызовов, – сказал он категорично.

– Джин отдаст тебе список, – прорычал Мердок.

– Спасибо. – И Дункан направился к двери.

– В Блейн-Ду есть больная женщина, – сказал Мердок. – Жена лесника Маккелви. Она, бедная, умирает от двусторонней пневмонии. Было бы чересчур в такую ночь просить так называемого ученого поехать взглянуть на нее. – Он отвел глаза. – Но мужчина бы поехал.

– Где этот Блейн-Ду?

– Всего каких-то пятнадцать миль в гору. Хэмиш знает этот особняк.