Блистательные годы. Гран-Канария

– Полио… что?

– Детский паралич, болван, – прорычал полковник. Он повернулся к Дункану. – Условия назначения тебе известны. Договор на пять лет с возможностью продления, – он улыбнулся, – что означает, что оно практически пожизненное. И жалованье от тридцати шиллингов в неделю.

Глава 3

– Минутку, с вашего позволения! – Овертон постучал кулаком по столу. Его побаивались, и он упивался сознанием своей силы. – Я все еще сомневаюсь, подходит ли данный кандидат для этой работы. Не забывайте, что нам часто приходится обсуждать серьезные личные вопросы.

 – Он сделал многозначительную паузу. – Когда я приступлю к реализации своего большого проекта «Энергия Линтона», в котором вы все будете заинтересованы, нам понадобится надежный клерк.

– Верно! – согласился пастор Симпсон, ханжески закатив глаза.

– Вот именно! – кивнул Овертон. – И есть еще один момент, который я хочу затронуть. Отец кандидата когда-то занимал эту должность – какая у нас гарантия, что сын не пойдет по его стопам?

Наступила мертвая тишина.

Дункан почувствовал, как его захлестнуло обжигающей волной. Ему стало ясно, откуда яд у этого человека. С тех пор как, еще в школьные годы, он осмелился превзойти по успеваемости Йэна Овертона, драгоценного сынка богача, местный властелин затаил на него злобу.

Недели мучительных размышлений и этот жесткий перекрестный допрос дали себя знать – его натянутые до предела нервы не выдержали. Само безрассудство в чистом виде, он вызывающе посмотрел на Честного Джо.

– Вы бы лучше оглянулись на себя самих.

 – Голос Дункана окреп, стал тверже. – Вы возомнили себя защитниками интересов сообщества. А сами заняты лишь поисками личной выгоды.

– Это клевета на Комитет! – крикнул Овертон.

– Неужели? – крикнул в ответ Дункан. – А как насчет вашей прибыли от земли, которую вы купили за бесценок и перепродали городу под газовую станцию?

– Это проклятая ложь! – покраснев от гнева, возмутился Овертон.

– Двадцать тысяч, которые вы заработали на городской библиотеке, построенной из никуда не годных кирпичей и такого же раствора, и контракт, который вы сами составили, – это тоже ложь?

– Послушайте, – в панике взвизгнул Троуп, – как мы можем такое терпеть, в самом деле!

Дункан яростно повернулся к нему:

– Вы тоже занимаетесь грабежом, и весь город это знает.

Вы даже получаете двести процентов прибыли от дощатых гробов, которые продаете работному дому.

В зале Совета воцарилась напряженная тишина. Затем поднялся шум.