Как пингвины спасли Веронику

Он даже бровью не повел. Подходит к окну, возвращается, выдыхает в воздух длинную струю вонючего дыма.

– Как он умер?

– Он был заядлым альпинистом, – неохотно отвечаю я. – Отправился покорять Скалистые горы и трагически погиб, сорвавшись в пропасть.

– Молодец.

Меня поражает его бесчувственность. Кажется, я уже начинаю ненавидеть этого Патрика. Но я все равно продолжаю:

– Я никогда не общалась с парой, которая его усыновила. Видимо, они не могли иметь своих детей. Когда случилась эта трагедия, их не было в живых.

Спустя несколько лет какие-то их родственники – кузены, кажется – наконец-то разобрали семейные архивы и обнаружили документ, подтверждающий, что я его мать. Одна из них, женщина из Чикаго, написала мне письмо и рассказала, что случилось. Это было в 1993 году.

На тот момент я уже оставила какие-либо надежды увидеть своего сына, но последнее, что я могла ожидать – новости о его гибели. Мне все еще непросто вспоминать то письмо.

– Эта женщина виделась с ним всего несколько раз, поскольку они жили далеко друг от друга.

Она ничего толком не могла рассказать мне о нем. Умер неженатым, и, насколько ей известно, детей не имел.

Патрик затягивается и выдыхает дым. Его лицо непроницаемо.

– А теперь вы говорите, что он мой отец.

– Да.

Я обдаю его ледяным взглядом. Мне редко приходилось испытывать такое разочарование.

– Недавно мне пришло в голову, что эта родственница могла ошибаться. Я решила копнуть немного глубже – чтобы знать наверняка, что мой сын не оставил потомства.

И, к моему глубочайшему удивлению, агентство нашло вас.

– И никто из его приемной семьи не знал обо мне?

– Видимо, нет. Как вы и сказали, он покинул Англию сразу после вашего рождения.

Мой сын, крошечный младенец, который поднимал свои крошечные пальчики в попытке схватить мои кудряшки, который сидел у меня на коленях и смотрел на меня, пока я ему читала… стал мужчиной, сам стал родителем. Искал ли он меня, когда был в Англии много лет назад? Или даже не знал о моем существовании? Родственница его родителей не подозревала, что его усыновили, так что, возможно, не знал и он.

Когда нас разлучили, он был слишком маленьким, чтобы запомнить меня, а его канадские родители, вероятно, не сочли нужным рассказать ему обо мне. Не знаю, кажется, что этот мужчина передо мной, совершенно неприятный мне, мой внук, тоже ничего не знает. Столько вопросов, и все без ответа.

Патрик хмыкает.

– Видимо, он просто выкинул маму и меня из головы.