Рождественская история

А «зеленка» эта что? От солнечных панелей постоянно жар идет, ветряки гонят ветер так, как не было задумано, реки нормально не текут… Вот и меняется климат! Мы все умрем!

Далее таксист приступил к перечислению подробностей всех сценариев неизбежной смерти. Друнин уже не слушал, он смотрел в окно – на стремительно сереющий от метели мир. Снежные хлопья становились больше, прилетали все чаще, как стая белых бабочек, сбившаяся с пути. За кружевной завесой постепенно стирались строгие линии домов и даже обочины дорог.

Это было плохо – и не только потому, что машина продвигалась издевательски медленно, продлевая сольное выступление таксиста. Друнин прекрасно понимал, что еще час такого снегопада – и со взлетами возникнут проблемы. Мысль о том, что он останется здесь, пробирала до дрожи.

Он ведь так радовался, когда подвернулась эта возможность! Научная конференция – прекрасный вариант, два в одном. Во-первых, уважительная причина оказаться подальше от дома, никому ничего не объясняя. Это же конференция, международный уровень, как вы не понимаете?! Во-вторых, там обещали действительно интересные лекции и дискуссии.

Достаточно важные для того, чтобы Друнин думал только о них и не думал обо всем остальном. Можно даже телефон отключить… И вот Друнин уже не мерзкий старикашка, не трус и не подонок, просто телефон был отключен, поэтому он никому не ответил и про всех забыл. Такое часто бывает!

Таксист прервал его мрачные размышления объявлением:

– А вот и аэропорт! Я ж говорил, что домчу, как на крыльях!

Друнин не стал уточнять, что кое у кого крылья, как у пингвина – природой обозначенные, но на редкость бестолковые.

Пассажир наклонился вперед, выглянул между кресел, надеясь различить тот самый аэропорт. Но за лобовым стеклом мелькала только густая снежная дымка, украшенная разноцветными всполохами огней.

В принципе, уже это делало ситуацию безнадежной. Но Друнин почему-то позволил себе держаться за надежду, как последний дурак. Где это новогоднее чудо, когда оно так нужно?

Он расплатился с таксистом, протащил чемодан сквозь снежные заносы и поспешно укрылся в зале ожидания.

Табло вылетов, конечно же, было расчерчено красным – неумолимые объявления о задержках и отменах. Рейс Друнина пока обещали лишь задержать, а вот насколько – не уточняли. Крупные хлопья снега, насмешливо бьющиеся в стекло, намекали, что надолго.

Друнина сейчас раздражало решительно все. Елки, расставленные к месту и не к месту.