Шагги Бейн

Агнес устроилась на вращающемся барном табурете, изящно скрестила щиколотки.

– «Бренди Александр»[14 - «Бренди Александр» – коктейль со сливками на основе коньяка (или бренди) и шоколадного ликера. – Прим. ред.], пожалуйста.

Шаг принялся вертеть соседний табурет, пока тот не стал выше, чем ее. Он, подпрыгнув, уселся на него, повернулся к ней – их глаза были на одном уровне.

– Холодного молока, пожалуйста.

Он вытащил две сигареты из пачки, и Агнес жестом попросила его прикурить одну для нее. Барменша поставила перед ними заказ.

Молоко было в детском стаканчике, Шаг, отодвинув стаканчик от себя, попросил его заменить.

Он сунул зажженную сигарету в рот Агнес, погладил ей затылок в том месте, где из прически выбились мягкие кудряшки. Она залезла в сумочку, поправила выбившиеся прядки, потом – пш-ш-ш – закрепила их душистым аэрозольным лаком для волос. Агнес отхлебнула большой глоток сладкого коктейля, облизнула губы.

– В Блэкпуле побывала Элизабет Тейлор. Интересно, ей понравились морские улитки?

Шаг поковырял в носу своим окольцованным мизинцем, скатал извлеченную слизь между большим и указательным пальцами.

– Кто ж это знает?

Она повернулась к нему.

– Может, нам переехать сюда. Тогда все время будет как сейчас.

Он рассмеялся и отрицательно покачал головой, словно она была малое дитя.

– У тебя каждый день что-нибудь новенькое. Я уже устал под тебя подстраиваться.

Он провел пальцем по блесткам на кромке ее платья, а она перевела взгляд на толчею за дверями бара.

Обычные люди, уже облаченные в зимние пальто.

– Знаешь, чего я хочу. Я бы поиграла в бинго. – Алкоголь теплом разливался по ее телу. Довольная, она обхватила себя руками.

– Столько огней. Мне сегодня повезет.

– Ты так думаешь? Я попросил зажечь эти огни только для тебя.

Принесли еще выпивку. Агнес огляделась, достала соломинку, пластиковую палочку и два кубика льда.

– Сегодня это точно. Я выиграю кучу денег. Начну жить по-настоящему. Я научу Сайтхилл процветанию.

Я это просто чувствую. – Она одним глотком допила бренди.

Комната, которую они сняли, находилась на верхнем этаже викторианского дома, расположенного в трех улицах от променада. Комнатка была простовата даже для блэкпульской третьеразрядной гостинички, и пахло здесь так, как и должно пахнуть в доме, где комнаты сдаются постояльцам на день-другой, а не семьям на весь отпуск. Каждая покрытая ковром площадка имела свой стойкий специфический запах.