Шагги Бейн

Это почему тебе мало меня?

– Я ни разу не посмотрела на другого мужчину.

– Я не об этом говорю. – Он потер глаза, словно от усталости. – Почему твоей любви ко мне не хватает на то, чтобы ты бросила пить, а? Я покупаю тебе лучшие шмотки, работаю по две смены. – Он уставился в стену, нет, не в стену, а куда-то дальше, сквозь нее. – Я даже думал, если ты родишь от меня, может что-то изменится. Но нет. Даже ребенок не смог тебя угомонить.

Он грубо ухватил ее за локоть, пытаясь поднять со стула. Агнес резким движением оттолкнула его руку и снова села, как мирная протестующая.

Она оказалась в опасном промежуточном состоянии. Она выпила достаточно, чтобы пребывать в бойцовском настрое, но еще недостаточно, чтобы удариться в безрассудство. Еще два-три глотка, и ее разрушительные способности, сквернословие, коварство вышли бы из-под контроля. Он смотрел на нее, словно пытался предсказать погоду, надвигающуюся из ущелья. Он опять ухватил ее и попытался поднять, пока не хлынул ливень с ее черных туч.

Агнес вырвала свою руку, снова села и выпрямилась. Она долго изучала его холодным взглядом, никак не могла поверить в происходящее.

– Нет. Ты ко мне относился не так, как я этого заслуживаю. Это не случается с такими женщинами, как я. Я что говорю: ты посмотри на меня. И посмотри на себя.

– Не ставь себя в дурацкое положение.

Он схватил ее за грудки.

Шагу пришлось применить силу. Она не закричала, когда он за волосы стащил ее на пол. Агнес прижалась к низу кухонной двери так, словно собралась удерживать его здесь вечно.

– Пожалуйста, я тебя люблю. Правда, – сказала она.

– Да-да, я это знаю.

Когда черное такси вырулило на Пит-роуд, ее дети стояли в коридоре, а Агнес, сверкающая и пушистая, лежала, как вечернее платье, уроненное на пол.

Красные кожаные чемоданы так и не попали в шахтерский дом. Шаг не возвращался к ней несколько дней, а когда появился, чемоданов с ним не было. Чемоданы он отвез к Джоани Миклвайт и засунул в освобожденное для них место под кроватью. Агнес узнала об этом не сразу. Шаг просто объявился как-то вечером, нежно поцеловал ранку на ее подбородке и уложил на раскрытый диван в гостиной.

Шаг стал приезжать в свои ночные смены и использовать ее таким образом.