Богач, бедняк. Нищий, вор

 – В чем секрет такого вида?

– Пью и веду бурный образ жизни, – сказал Вилли. – Вся беда в лице. Я выгляжу как мальчишка с рекламы одежды для юношей магазина «Сакс». Двадцатидвухлетние женщины стесняются показываться со мной в общественных местах. Когда меня произвели в капитаны, командир полка сказал: «Вилли, получай золотую звездочку за то, что хорошо вел себя в школе в этом месяце». Я уже думаю, не отпустить ли усы.

– Крошка Вилли Эббот, – сказала Гретхен. Его ложная моложавость успокоительно подействовала на нее.

Особенно по сравнению с подавляющей зрелостью Тедди Бойлена. – А чем ты занимался до войны? – спросила Гретхен. Ей хотелось все знать о нем. – Откуда ты знаешь Николса?

– Помогал ему в двух постановках. Я – зенитная артиллерия. Занимаюсь рекламой. Самое противное занятие в мире. Хочешь, чтобы твой портрет попал в газету, девочка? – Отвращение в его голосе было неподдельным. Если он хочет выглядеть старше, может не отращивать усы. Пусть начнет говорить о своей профессии. – Уходя в армию, я надеялся наконец-то отделаться от этой работы, но начальство ознакомилось с моим личным делом и определило меня в отдел по связи с общественностью.

Меня следует арестовать за то, что я ношу офицерское звание. Хочешь еще шампанского?

Вилли снова налил им обоим. Горлышко бутылки жалобно зазвенело льдинкой о бокалы. Пожелтевшие от никотина пальцы дрожали.

– Но ты же был за границей… Ты же летал, – настаивала Гретхен. За обедом он рассказывал о своих полетах в Англию.

– Всего несколько вылетов, достаточных для того, чтобы получить медаль, благодаря которой я не чувствовал себя в Лондоне раздетым.

Я летал пассажиром и восхищался тем, как воюют другие.

– Но как бы там ни было, тебя тоже могли убить. – Гретхен хотелось вывести его из этого мрачного состояния.

– Я слишком молод, рано мне умирать, полковник. – Он усмехнулся. – Приканчивай пузырьки. А то нас ждут по всему городу.

– Когда ты собираешься увольняться из армии?

– А я и так уже в бессрочном отпуске. Форму ношу просто потому, что в ней бесплатно пускают на спектакли.

Кроме того, мне надо два раза в неделю ездить в госпиталь на Стейтен-Айленд лечить спину, а без формы никто не поверит, что я капитан.

– Лечить спину? Ты был ранен?

– Не совсем. Мы слишком энергично приземлились, и нас тряхануло. Пришлось потом перенести небольшую операцию. Лет через двадцать я буду всем рассказывать, что этот шрам у меня от шрапнели. Допила, как послушная девочка?

– Да, – сказала Гретхен.