Молодые львы

Может, мне лучше подождать пару лет?

Они подходили к углу дома, и Майкл с отвращением подумал о том, что через несколько мгновений ему придется, расставшись с этой девушкой, вести пустопорожние разговоры с гостями.

– Маргарет…

– Да? – Она остановилась и повернулась к нему.

«Она знает, что я собираюсь сказать, – мелькнуло в голове у Майкла. – Вот и хорошо».

– Маргарет, мы сможем увидеться в Нью-Йорке?

Их взгляды встретились. У нее весь нос в веснушках, подумал Майкл.

– Да.

– Больше я ни о чем просить не буду.

Сейчас.

– Номер моего телефона вы найдете в справочнике. И адрес.

Она повернулась и обогнула угол дома, двигаясь легко и грациозно с сеткой и ракетками в руках. Майкл отметил, какие у нее стройные и загорелые ноги, во всяком случае, та их часть, что виднелась из-под широкой юбки. Майкл немного постоял, чтобы понадежнее упрятать все эмоции под маску равнодушия, а потом последовал за девушкой.

За время их отсутствия успели подъехать новые гости – Тони, Морен и незнакомая Майклу девушка в красных брючках и соломенной шляпке с полями шириной в добрых два фута.

Морен, высокий, стройный, загорелый, в темно-синей рубашке с отложным воротничком, улыбаясь, пожал руку Майклу. При этом прядь волос упала ему на глаза, и он стал похож на озорного мальчугана. «Почему я не могу держаться так же, как он? – с тоской подумал Майкл, отвечая на крепкое, мужское рукопожатие Морена. – Актеры!»

– Да, – услышал он собственный голос, – мы встречались.

Я помню. На новогодней вечеринке, когда Арни едва не выпрыгнул в окно.

Тони держался как-то странно. Когда Майкл представлял его мисс Фриментл, он коротко ей улыбнулся, а потом вновь сел, скрючившись, словно его совсем замучила боль. На бледном лице читалась тревога, к гладким черным волосам расческа в этот день, похоже, не прикасалась. Тони преподавал французскую литературу в университете Ратджерса[21 - Университет штата Нью-Джерси, расположенный в городе Нью-Брансуике.

Основан в 1766 г. по хартии короля Георга III как колониальный Королевский колледж. С 1825 г. носит имя филантропа Ратджерса.]. Итальянец по рождению, Тони отличался от большинства своих соотечественников более светлой кожей и суровым выражением лица. Майкл учился с ним в школе и за долгие годы знакомства очень привязался к нему. Говорил Тони застенчиво, тихо, как принято говорить в библиотеках, правильным, книжным языком.