Записки районного хирурга

– Рад за тебя, – прокашлял я и, глядя на ее счастливое лицо, не стал разубеждать.

– Доктор, вы на полном серьезе ей кал прикладывать посоветовали? – удивилась медсестра, когда я отправил больную мыть ноги.

– Любовь Даниловна, конечно же нет! Пошутил я, и, похоже, неудачно

– А зачем вы так шутите?

– Да, понимаете, зло взяло. Один с мочой пришел, второй, третий, ну, сколько же можно нюхать их зловоние? Вот не выдержал и брякнул от досады.

– Нельзя так, Дмитрий Андреевич. Вы же доктор, а они больные люди.

Вы же человек с высшим образованием, а они неграмотные крестьяне. Нельзя так.

– Да понимаю, что нельзя. Не думал, что они всерьез воспримут. Постараюсь больше так не поступать.

Несколько раз я прерывал прием, чтобы проветрить кабинет, настолько сильный и удушливый запах приносили с собой пациенты после новогодних возлияний. Многие из них едва держались на ногах, до сих пор пребывая в объятиях Бахуса.

Превалировали пострадавшие с ушибами мягких тканей разных частей тела, чаще всего лица.

Люди массово маялись похмельем, но упорно сидели в очереди, в надежде получить больничный лист и продолжить праздник. И им было наплевать, что пять дней бытовой травмы не оплачиваются – лишь бы не выгнали с работы.

А гулять у нас умеют! В середине апреля я встретил небрито-нечесаного мужичка, который утром вынес на помойку новогоднюю елку и два мешка пустых бутылок. Весной он понял, что праздник закончился и пора избавляться от символа наступившего года.

Еще один чудила обратился ко мне жарким июньским днем 1996 года.

– Доктор, вы не уделите мне внимание, – сказал он, встретив меня в коридоре больницы.

– А что с вами случилось?

– Вы знаете, я пальчик отморозил.

– Отморозил пальчик? Но как вас угораздило? За окном июнь. Вы его в холодильник засунули?

– Нет, что вы! Я его еще на Новый год отморозил, пьяный был и варежку одну потерял.

Он продемонстрировал первый палец левой кисти, антрацито-черный, полностью мумифицированный до корня.

– А почему сразу не обратились?

– Дак, думал, что пройдет. А он не проходит, не шевелится и не чувствую его совсем.

– У вас сухая гангрена, – сказал я и, ухватив за больной палец, без видимых усилий отсоединил его от кисти. – Все! Вот ваш пальчик.

– И это все? Даже не больно было, и кровь не бежит, – удивился чудила. – Спасибо, доктор!

Прием подходил к концу, за окном стемнело, часы показывали 16.51.