Дейзи Джонс & The Six

О своей девушке? Легко!

Это был лучший совет во всей моей карьере.

Карен: Мне Род посоветовал носить блузы с глубоким вырезом, а я ему ответила типа: «Ага, мечтай!» На этом все и кончилось.

Эдди: Род начал организовывать для нас концерты по всему Восточному побережью. От Флориды до Канады.

Уоррен: Вот я сейчас скажу тебе, когда для рок-музыканта самая приятная, самая излюбленная пора. Все думают – когда ты уже на самом верху. Ан нет! Вовсе не так. Это когда ты живешь под напряжением и весь кипишь ожиданиями.

Классно, когда все видят, что ты куда-то целеустремленно мчишься, что у тебя немерено потенциала и масса перспектив. Потенциал и перспектива – это вообще офигенный драйв!

Грэм: Чем дольше мы мотались по гастролям, тем необузданнее становились. А Билли был не совсем, знаешь… Видишь ли, Билли любил внимание. Особенно со стороны женщин. Впрочем – по крайней мере, на тот момент, – этим все и заканчивалось. Всего лишь вниманием.

Билли: Мне нелегко было держаться равновесия, этакой золотой середины.

Любить кого-то, оставшегося далеко дома – и разъезжать по гастролям. Девчонки постоянно пробирались за кулисы, причем познакомиться они желали именно со мной. И я был… я не знал, какими у нас должны быть отношения.

Камилла: Между нами с Билли стали вспыхивать ссоры. Теперь я понимаю, что тогда я добивалась чего-то неосуществимого. Мне хотелось встречаться с рок-звездой – и в то же время я желала, чтобы он в любой момент был для меня в пределах доступа.

И ужасно бесилась, когда он не мог делать то, что мне хотелось. Что ж, я была еще молода. Равно как и он.

Порой размолвки заходили так далеко, что мы не разговаривали по несколько дней. А потом кто-нибудь из нас звонил другому, просил прощения – и все между нами возвращалось в прежнее русло. Я любила его и знала, что он тоже меня любит. Хотя это было далеко не просто. Но, как частенько напоминала мне мама: «То, что легко, тебя никогда не привлекало».

Грэм: Как-то вечером мы с Билли были еще у себя дома и грузились в фургончик, собираясь то ли в Кентукки, то ли в Теннесси, то ли еще куда. Камилла пришла нас проводить. И когда Род подъехал к нашему фургону, Билли стал с ней прощаться.

Он отвел волосы с лица Камиллы и приник губами к ее лбу. Помню, он даже и не поцеловал-то ее толком, лишь прижался ко лбу губами. И я тогда подумал про себя: «А я ведь никогда и никем еще так не дорожил».