Дейзи Джонс & The Six

] Правда-правда! Я даже говорил Камилле: «Ты что, ее молочными смесями закармливаешь?» Щеки толстущие, пивной животик круглый! Прелестнее не найдешь!

Недалеко от ворот лечебницы стоял маленький такой столик для пикника, с зонтиком, и вот Камилла присела туда с Джулией на коленях. А я прошел в заведение забрать Билли. Он был все в той же одежде, как в тот раз, когда мы с ним виделись в Хартфорде. Но было заметно, что он изрядно поправился, прибавил в весе, и лицо его выглядело куда свежее.

– Ты готов? – спросил я.

– Ну да, – ответил он, хотя и показался мне немного неуверенным.

Тогда я приобнял его и сказал то, что, по-моему, в тот момент ему необходимо было услышать:

– Из тебя выйдет отличный отец.

Наверно, мне следовало бы сказать ему это раньше. Даже не знаю, почему я этого не сделал.

Билли: Когда я первый раз увидел Джулию, ей было от роду шестьдесят три дня. И знаешь, очень трудно… до сих пор даже… не презирать себя за это. Но в тот момент, когда я ее увидел… Боже ж ты мой! [Улыбается.

] Когда я встал с ними рядом возле этого столика для пикника, я себя чувствовал так, словно по мне кто-то крепко приложился киркой, сколов весь покрывавший меня панцирь. Я вмиг сделался чувствительным как никогда. Когда все, что ты чувствуешь, пронзает тебя в самую глубину нервов.

У меня теперь… Я осознал, что создал семью. Хоть и случайно, без особых раздумий, и не обладая теми качествами, с которыми, как мне кажется, человек заслуживает семью, – но я все же ее создал.

И передо мною – крохотный новоявленный человечек, у которого были мои глаза и который не ведал, кем я был прежде. Для которого значило лишь то, кем я стал сейчас.

Я опустился на колени. Я был настолько преисполнен благодарности к Камилле!

Мне… Я даже представить себе не могу, через что я заставил ее пройти. И не мог поверить, что Камилла по-прежнему со мною рядом и дает мне еще один шанс. Я этого не заслужил. И я это прекрасно понимал.

Тогда я сказал ей, что весь остаток нашей с ней совместной жизни я буду стараться быть вдвое лучше, чем даже она заслуживает.

Едва ли когда-либо еще я кому-то с такой почтительностью и с такой глубокой благодарностью в душе что-либо обещал, как в тот день Камилле.

Да, формально мы были женаты уже почти год – но именно в тот день я полностью, всецело ей отдался. Как говорится, отныне и навеки. Ну, и моей дочери, конечно. Я решил всего себя посвятить им обеим, всю душу свою вложить в воспитание этой девочки.