Хвост виляет собакой

– Что, не стал молить о прощении за то, что повесил Вилли Хортона на Джорджа Дукакиса?

– Буши, он дал мне кое-что. Свою последнюю предвыборную уловку. Свое секретное оружие.

– Оно касается всех, кого могут выдвинуть демократы?

– Оно касается нас. Должен сказать, что первым делом, прочитав это, я решил, что он сошел с ума. Что это нужно уничтожить. Но я не стал этого делать. В его записке есть какая-то странная логика. Есть, и все. Но это безумный вариант. На мой взгляд.

– Она у тебя? – спросил президент.

Бейкер поднялся со своей кровати – кровати Барбары – и подошел к своему портфелю. Он открыл кодовый замок и достал сложенные бумаги. На мгновение пожалев, что вообще заговорил о них, он сказал:

– Никто, кроме нас с тобой, этого не видел.

Затем он передал их Джорджу Герберту Уокеру Бушу, который включил свет над кроватью, надел очки для чтения и начал читать последнюю великую аферу Ли Этуотера.

Глава седьмая

У вас бывало такое, что все переворачивалось с ног на голову? Когда мир в один миг становился совершенно другим?

Объясню, что я имею в виду под этим чувством: 1967 год, Вьетнам.

Нас несколько человек, только что прибывших из Южной Каролины. Морские пехотинцы идут в I корпус – центральный район Вьетнама, который включает пять провинций, от Куангчи до демилитаризованной зоны. Города Хюэ – старая имперская столица – и Кхешань находятся в I корпусе. Мы худые и злые, слабоумные и отважные. Мы как в фильмах Джона Уэйна: морские пехотинцы явились надирать задницы. Конечно, мы тут же на неделю застреваем на сортировке в Дананге. Нам нечего делать. Мы скучаем, напиваемся, ввязываемся в драки, зарабатываем триппер, смотрим, как мимо провозят мешки с трупами, и думаем, что они сами были виноваты. Уж наверное они были не морпехи.

Наконец нас распределяют на север, в Кхешань – на военную базу в северо-восточной части страны. Это было не то, что позже назвали осадой Кхешани. Та была в январе 68-го года.

Нас отправляли в патруль. Обычно на день. Иногда на два или три. Было сыро. Дождь и туман. Вся страна – тропический лес, тройной полог. Крутые горы. Много оврагов. Ничего не происходит, только у четверых парней с конца начинает капать – им нужны уколы пенициллина, их ноги начинают гнить, но никто не знает, что делать. Мне шестнадцать, большинству ребят по восемнадцать-девятнадцать, старшему лейтенанту около двадцати трех.