У судьбы другое имя

– Нет. Не могу. Никак! – твердо произнесла девушка.

Бабуле она уже объяснила, что сложились особые обстоятельства и что приедет совсем поздно. Предложила: «Ты не жди меня, ложись!» Однако мама сердито возразила, что ночевать будет только дома, потому что на завтрашнее утро у них с подружками сауна заказана и место встречи – у нее.

Но ведь и от Марии никак не отвязаться. В глазах слезы, умоляет:

– Не бросай меня! Я… я боюсь здесь одна…

– Своего ребенка я не могу бросить, – отрезала Валентина.

А певица совсем растерялась, поникла.

– Давай… давай хотя бы по рюмочке выпьем… На дорожку…

– Какая рюмочка? Я за рулем, – напомнила помощница.

И тоскливо подумала: гнев бабушки будет страшен, но все равно придется ей задержаться. Оставлять Марию в подобном состоянии после всего, что случилось, никак нельзя. И она строго спросила:

– У вас снотворное есть?

– Нет.

– А у мужа?

– Он… он, кажется, иногда пьет… – певица пока говорила о нем в настоящем времени.

– Где можно поискать?

– У него… у него в спальне.

«Ага. У вас и спальни, оказывается, отдельные», – мелькнуло у Вали.

– А где она?

– На третьем этаже. Прямо над моей. – Певица бросила опасливый взгляд в сторону лестницы и выпалила: – Только я туда не пойду!

Пришлось Валентине подниматься и искать самой. Заодно прихватила из комнаты подушку и плед. Заставила Марию Первую проглотить две таблетки. Уложила в гостиной на диване.

Кругом царил хаос. Обслуживающий персонал оговоренную контрактом уборку проигнорировал – все работники службы кетеринга сбежали, во главе с шустрым менеджером, сразу после допросов.

Но певица будто и не замечала беспорядка. Вытащила из-под спины забытую кем-то пудреницу, равнодушно швырнула ее прямо на пол. Глаза испуганные, руки все время теребят то одежду, то волосы…

– Давайте кого-нибудь вызовем, спокойнее будет, – предложила Валя. – У вас родители живы?

– Н-нет, – всхлипнула Мария.

– Братья? Сестры?

– Нет.

– Друзья?

Певица лишь печально помотала головой.

Действительно, какие в шоу-бизнесе могут быть друзья? А давних – школьных, институтских – Мария, видно, растеряла. Или не имела никогда.

Но, к счастью, снотворное подействовало быстро – двойная доза, да еще на алкоголь. Певица свернулась на диване клубочком. Натянула до подбородка плед – он пах мужской туалетной водой. Глаза ее закрылись, тело дернулось.