Доживем до понедельника. Ключ без права передачи

Если б еще обойтись без этой злости… Ты хотел знать – смогу ли я? Готова ли? Скоро буду! Но даже если я смогу завтра в девять утра, – вы-то опаздываете с вашей критикой. Результат будет, дай бог, для восьмых и девятых, а вам – I am sorry very much – заканчивать в этих «предлагаемых обстоятельствах».

– Ясно, – подвел итог Женя. – Как один конферансье объявлял: «У рояля – то же, что и раньше».

И Адамян виновато отошел в темный угол, откуда мерцал глазами Майданов. Они там обменялись немногими словами.

Тем временем Юля спросила:

– Марина Максимовна, а как вам этот директор? Нравится?

– Граждане! Предупредили бы, что экзамен, – я ж не готовилась!

– Не будет он лучше бабы Симы, это ясно, – вздохнула Таня.

– О чем говорить!

– Он еще не проявился и не мог успеть, – отвел Алеша этот вопрос от Марины Максимовны, но Юля от нее домогалась истины:

– Нет, не как начальство, – как человек?

– А в нашем деле это все как-то вместе… Вот баба Сима считала, что хорошая школа – учреждение лирическое! Сами понимаете: надо быть белой, белоснежной вороной, чтоб так считать! А уж среди отставных военных…

– Он серый вообще? Как слон? – уточнила Таня.

– Не знаю… Нет, ярлыков не лепите, это зря… Такого, от чего уши вянут, я от него не слыхала пока. Взгляд такой… вбирающий. Знает вроде, что в уставах – еще не вся философия, не окончательная. Но все же вряд ли он пришел руководить «лирическим учреждением», а? – усмехнулась Марина. – Боюсь, теперь труднее будет раскрутить некоторые наши затеи.

Вечер сказок Евгения Шварца – помните, все откладывали?.. Или вечер французской поэзии, от Вийона до Жака Превера… Или вам самим уже нет дела до них?

Ее успокоили:

– Да что вы?! Наоборот! Вдвойне охота…

– Но с этим не вылезешь теперь в актовый зал… Разве что – в классе, на ножку стула заперевшись… под сурдинку… Главное – не киснуть, правда? И от намеченного не отказаться. На чердаке, в котельной – какая разница? Я притащу одну книжку о театре, увидите: так называемая «эстетика бедности» – очень даже на почетном месте… Братцы, а ведь уже темно.

Родители ни у кого не волнуются?

– Да знают они, рано не ждут.

– Мы не в пятом классе…

Юля не ответила на вопрос о родителях.

– Юль, тебе батареек не жалко? Машинка-то крутится, – заметил Майданов о магнитофоне. – Истратишь за один день…

– Куплю еще.

– Спасибо, что забыли о нем, – сказал Женя, выключая аппарат и сматывая шнур микрофона.