Доживем до понедельника. Ключ без права передачи

Засмеялся Сумароков: и так и этак самолюбие коллег – в страдательном залоге! Громко отодвинул он стул и захромал к окну, возле которого курил Назаров.

– Да… Ситуация. Паленым запахло! – сказал физик и потянулся своей сигаретой к его огоньку.

– Я еще не говорил вам, – невпопад ответил Кирилл Алексеич, – я очень рад познакомиться…

И пожал ему руку повыше локтя.

* * *

Константин Мишин раздобыл связку ключей и подбирал подходящий к двери с табличкой «Радиоузел». Но дверь вдруг распахнулась сама, оттуда вышли Юля Баюшкина и Майданов, как-то рассеянно реагируя на Константина Мишина.

В руках у Юли был магнитофон. Они направились к лестнице.

– Вот! – обрадовался Мишин. – А я и в актовом зале искал, и в пионерской, и везде… Баюшкина, куда понесла музыку? Там что-нибудь умеренно современное найдется?

Майданов деликатно отодвинул его:

– Константин Иваныч, это ее личная вещь.

– A-а… Ну и что? Проявите сознательность, учителям надо поразмяться…

– Не можем, Константин Иваныч, – сухо отвечал Саша.

 – Не до этого…

– То есть как «не до этого»? Вам не до этого, а нам – в самый раз… Баюшкина, я кому говорю-то?

У перил он взял Юлю за руку, она поглядела на него диковато, отсутствующе. И в этот момент снизу появился Алеша в распахнутом пальто; за ним следовали Женя Адамян и Колчин.

– Юля… магнитофон дай мне, пожалуйста. Я потом объясню, – сказал Смородин.

– А я сейчас объясняю, – обиженно возразил Мишин.

 – Его просят двенадцать человек учителей. Банкет у нас, понятно?

– Дай его мне, Юля, – напряженно повторил Алеша.

– Смородин, а ну кончай торговлю, – возмутился Константин Иванович, – вот еще новости… Я учитель, а ты кто? Баюшкина, миленькая, ну? Это на час-полтора, не больше… Я тебе за него отвечаю! Вот спасибо…

Аппарат незаметным образом оказался у него.

– Вам не подойдет эта музыка. – Майданов загородил ему дорогу. – Серьезно. Отдайте, Константин Иваныч!

– Может, ты в драку со мной полезешь?! – побагровел Мишин.

 – К тем дружкам своим бритоголовым захотел?

Майданов засунул в карманы кулаки и отвернулся.

* * *

В буфете Константин Иванович застал тишину.

– Что это вы? Заскучали? – спросил он потерянно. – Эмма Пална, а те три бутылочки «Алиготе», которые в резерве у нас?

Она не ответила.

– Откуда у вас это? – спросил, вглядевшись в магнитофон, Назаров.