Гуру

При помощи сессий направляемых визуализаций по спасению ее внутреннего ребенка (такие же курсы, как те, что благодаря ее настойчивости были доступны для ее девочек через «Шакти», чтобы те могли пройти тот же путь исцеления, что и она) Сэм умудрилась примириться со своим прошлым. И все же путь до дома матери прошел в повторении про себя мантр: «Я всесильна. Я дитя Вселенной. Я достойна любви и уважения». К тому моменту, когда она припарковалась позади материнского «БМВ», потные ладони уже отказывались держать руль.

Сэм опустила боковое стекло и посмотрела на дом, где прошло ее детство.

– Блин, – буркнула она себе под нос. Все же было жутковато, насколько похожи были их дома. Разве никто в городке не заметил, что ее бывшая лучшая подруга решилась разыграть в жизни сценарий «Одинокой белой женщины»? Должен же был кто-то удивиться тому, что Тейлоры выстроили себе особняк, до малейших деталей копировавший ее старый дом?

– Саманта, – выкрикнула ее мать, разворачиваясь перед входной дверью.

 – На улице минус восемь, и я уже не та, что прежде. Если ты не против, я хотела бы сегодня избежать обморожения. – Сэм поспешила нагнать Каролину.

По пути из прихожей в гостиную Сэм заметила, что на стенах, декорированных тончайшими обоями в квазикитайском стиле, появилось больше фотографий. Свадьба родителей и медовый месяц в Париже. Официальный снимок с их тридцатой годовщины: они сидят на диване, легонько касаясь друг друга коленками. Тем вечером они закатили большую вечеринку.

В саду был установлен шатер, под которым официанты носились с бокалами «Дом Периньон». Сэм на праздник никто не позвал.

– Что ты постоянно об этом вспоминаешь? Ты была вне доступа, – обычно жалостливо сокрушалась ее мать. Сэм тогда находилась на реабилитации, корчилась от ломки в заведении где-то в глубине штата Нью-Йорк. Годовщина свадьбы родителей наложилась на сессию семейной терапии, которую без лишних рассуждений отодвинули на потом.

 – Да делов-то, милая! – щебетала мать по телефону. «Я не о том», – все порывалась вставить Сэм. Ей было нужно, чтобы они хоть раз пошли ей навстречу. И в очередной раз этого не произошло.

Гостиная была оформлена в голубых тонах. Выполненный по индивидуальному заказу гарнитур из дивана и кресел с закругленными спинками был накрыт шелковой драпировкой оттенка пудры. Сэм присела, боясь пошевелиться. В детстве ее вообще не пускали в эту комнату.