Я тебя никогда не забуду

Итак, жена Верного, по имени Ирина Сергеевна, представляла собой деловую дамочку в брючном костюме. И в туфлях. То ли она всегда так по собственной квартире расхаживала, то ли к моему приходу принарядилась.

– Раздевайтесь, – бросила дама, – ботинки ни в коем случае не снимайте и проходите за мной. И потише, дочка спит после всего, что случилось…

Она убежала на кухню, молвила в телефон: «Я не могу больше говорить, позвоню тебе, как только он уйдет», – и нажала на «отбой».

Мы оказались с Ириной Сергеевной лицом к лицу.

– Вы курите? Нет? Извините, я буду курить. Нервничаю очень… Присядьте.

Она открыла форточку, откуда дохнуло влажным морозцем. Зажгла сигарету. Курила она «Кент», остатки олимпийской роскоши, после подорожания – рупь пятьдесят за пачку. Распахнула пасть мусоропровода, куда стала стряхивать пепел.

– Тараканы, наверно, замучили? – кивнул я в сторону мусоросборника. Жена Верного мне – как, впрочем, и он сам – не слишком понравилась.

– Что?

– Не очень удобна, по-моему, такая планировка. – Я подошел ближе и похлопал по трубе, где выл ледяной ветер.

– Мы не страдаем, – холодно отвечала дама.

– Ладно. Расскажите, что у вас стряслось.

Она нервно загасила едва начатую сигарету, захлопнула крышку мусоропровода, простучала каблуками к плите, запалила конфорку, поставила чайник: собиралась с мыслями.

– Я должна начать со вчерашнего дня… Вообще, это ужасно… Наша дочка, Олюшка, учится в третьем классе.

Здесь, недалеко, школа. Забирает ее обычно тетя Настя. Ну, никакая она нам не тетя, а просто помогает мне по хозяйству. Приготовить, постирать, на рынок сходить… Ну, заодно и Олюшку из школы забрать… Вот и вчера… Пришла она за ней, ждет возле раздевалки. Учительница выводит класс – а Олюшки-то и нет. Где она, что случилось? «А за ней, – учительница говорит, – какой-то мальчик минут за пятнадцать до конца уроков зашел, сказал, что ее к медсестре вызывают – я Олю и отпустила». Тетя Настя бросилась к медсестре – та говорит: никого я не вызывала, и никакой Оли Верной не видела.

Чайник закипел, и дама отвлеклась на накрывание стола, не переставая рассказывать:

– И только тут эта дурища Настя забила в колокола, побежала к директору, бросилась звонить мне на работу.