Золотая чаша

– Стало быть, по-твоему, – помолчав, отозвался ее отец, – мне следует жениться только ради того, чтобы стало как раньше?

Он говорил отстраненным тоном, словно всего лишь хотел позабавить ее, демонстрируя свою готовность пойти ей навстречу, и в самом деле сумел добиться отрывистого смешка, несмотря на всю ее серьезность.

– Просто не думай, что я тебя не пойму, если ты все-таки это сделаешь. Я пойму. Вот и все, – тихо сказала княгинюшка.

Мистер Вервер доброжелательно обдумал ее слова.

– Но ведь ты не стала бы требовать, чтобы я женился на женщине, которая мне совсем не нравится?

– Ах, папа, – вздохнула она, – ты и сам знаешь, что я стала бы и чего не стала бы. Я хочу только одного: если когда-нибудь тебе кто-нибудь понравится, не сомневайся, я всегда буду сознавать, что это я тебя до этого довела. Ты всегда будешь знать, что я знаю, что я во всем виновата.

– Другими словами, – продолжил он со своей обычной обстоятельностью, – ты готова взять на себя все последствия?

Мегги раздумывала не более минуты.

– Все хорошие последствия я отдам тебе, а себе возьму плохие.

– Что ж, это благородно. – Он притянул ее поближе и нежно обнял. – Примерно этого я от тебя и ожидал. Значит, будем считать, что мы квиты. Если когда-нибудь появится необходимость тебе выполнить свои обязательства, я дам тебе знать. А пока должен ли я понимать так, – снова заговорил он вскоре, – что, хоть ты и готова поддержать меня в поражении, но не готова, или не настолько готова, поддержать меня в обороне? Я должен стать истинным мучеником, прежде чем ты как следует воодушевишься?

Мегги возразила:

– Знаешь, если ты сам этого захочешь, это будет не поражение.

– Тогда зачем мне твоя поддержка? Я откажусь от борьбы, только если сам захочу. Но дело в том, что мне не хочется хотеть. Разве что, – поправился он, – если я буду совсем уж уверен, но это не кажется очень вероятным.

Не хотелось бы заставлять себя думать, что хочу, когда на самом деле это не так. Иногда мне приходилось поступать так по другим поводам, – признался он и закончил: – Неприятно, когда тебя вынуждают совершить ошибку.

– Ах, но это же ужасно, – откликнулась она, – что тебе приходится этого бояться или просто думать о такой возможности.