Потому что я тебя люблю

И он готов был сделать все, чтобы Лейла вновь почувствовала доверие к людям.

Сквозь дымчатые стекла автобуса он с тревогой наблюдал за суетой, царившей даже на подступах к аэропорту. Он ненавидел Лос-Анджелес, его грязь, его облик и его неукротимый нрав. Его не покидало впечатление, что этот гигантский город поглощает все на своем пути: и природу, и людей.

В защитном коконе машины Марк еще несколько секунд чувствовал себя в безопасности, убаюканный чистыми интонациями скрипичного концерта, отрывок из которого звучал по радио.

Эта музыка… я ее знаю.

– Эта прекрасная композиция – что это?

– Чакона Баха, – ответил водитель-меломан, протягивая ему коробку компакт-диска.

Марк всмотрелся: фотография с претензией на гламур: полураздетая скрипачка стояла, прислонив лицо к зеркалу, – в нем она отражалась в виде двухголового существа, сексуального и одновременно вызывающего беспокойство. На желтой этикетке престижного ярлыка стояло имя исполнительницы и программа сольного концерта:

Николь Хэтэуэй исполняет Баха

Партиты для скрипки соло

Едва Марк успел почувствовать волнение, Лейла открыла глаза.

Она смотрела на своего отца и улыбалась, затем зевнула.

– Ты наденешь курточку, – предложил Марк, – сейчас полетим на самолете.

Девочка послушалась, и они вышли из такси, направившись в аэропорт.

В зале отлетов напряжение достигло предела.

Неделю назад раскрытие нового террористического заговора в Объединенном Королевстве посеяло панику с обеих сторон Атлантики и повлекло за собой целый ряд ложных тревог.

Уровень антитеррористической безопасности был повышен с «критического» до «высокого». Каждый день отменялось множество рейсов. Марк удостоверился, что к ним это отношения не имело, и поторопился к указанной стойке.

Он знал, что усиленный осмотр пассажиров и багажа сильно продлевают время посадки, а ему хотелось поскорее избавиться от этой формальности.

Посреди толпы он крепко держал за руку Лейлу, как будто опасался потерять ее вновь.

– Доктор Хэтэуэй! Доктор Хэтэуэй!

Марк обернулся, удивляясь, что его зовут по имени.

Позади него, в нескольких метрах, бежал человек, которого он никогда раньше не видел.

– Микаэль Филипс, я работаю в «Геральд»[39 - Имеется в виду «International Herald Tribune» – многотиражная международная газета на английском языке. Продается в 180 странах.], – представился он.

Марк нахмурился.