Дураки умирают

Видать, парень ты умный. Чич ничего не понял и угодил в ловушку. Но одного ты не учел: Чич – опасный человек. Поэтому я хочу, чтобы ты собрал вещи и улетел из Вегаса первым же рейсом. И что это у тебя за имя, Мерлин?

Я ему не ответил. Задрал подол рубашки спортивного покроя, чтобы показать голые грудь и живот. Их пересекал длинный, отвратительного вида лиловый шрам. Я улыбнулся Калли, прежде чем спросить:

– Ты знаешь, что это такое?

Он весь подобрался, насупился. Я ему все объяснил:

– Я был на войне. Меня прошило автоматной очередью, и то, что осталось, собирали по частям.

Ни мои слова, ни шрам не произвели на Калли должного впечатления. Джордан по-прежнему улыбался. Я говорил правду, пусть и не всю. Я был на войне, участвовал в боевых действиях, но меня ни разу не зацепило. А шрам остался после операции по удалению желчного пузыря. Врачи пробовали на мне новый разрез, который и оставил столь внушительный шрам.

Калли вздохнул.

– Малыш, ты, возможно, крутой парень, хотя по тебе этого не видно, но все равно недостаточно крут, чтобы иметь дело с Чичем.

Я вспомнил, с какой быстротой вскочил Чич после моего удара, и встревожился. У меня даже возникло желание последовать совету Калли и улететь первым же рейсом. Но я покачал головой.

– Послушай, я только стараюсь помочь, – гнул свое Калли. – После того что произошло, Чич будет искать тебя, а ты не в его лиге, можешь мне поверить.

– Это почему? – спросил Джордан.

Калли бросил на него короткий взгляд.

– Потому что Малыш – человек, а Чич – нет.

Дружба у мужчин завязывается по-всякому. В тот момент мы еще не знали, что станем близкими вегасскими друзьями. Более того, где-то мы даже злились друг на друга.

– Я отвезу тебя в аэропорт, – предложил Калли.

– Спасибо тебе большое, – ответил я. – Ты мне очень нравишься. Мы неплохо сыграли в баккара. Но если ты еще раз скажешь, что отвезешь меня в аэропорт, то очнешься в больнице.

Калли загоготал.

– Да перестань.

Тут и мне пришлось рассмеяться, потому что он не грешил против истины. Махать кулаками я не любил.

– Ты показал мне шрамы от пуль, но такие шрамы не делают человека крутым. Они говорят о том, что ты стал жертвой крутого парня. Вот если ты покажешь мне человека, в которого всадил автоматную очередь, этим ты произведешь на меня большее впечатление.