Дороги, которым нет конца

Когда я вышел на тротуар, она окликнула меня:

– Купер?

– Да?

– Если ты не… Я хочу сказать… Не знаю, есть ли у меня силы сидеть здесь и… – Она едва заметно покачала головой.

Иногда не слова человека, а молчание говорит о том, как сильно изранена его душа. Кто-то или что-то причинило ей боль. Много боли. Я бросил ключи на сиденье.

– Если я не вернусь, можешь воспользоваться джипом.

Она выпрямила ноги, откинула голову, и морщинка на переносице исчезла.

Моя квартира находится в мансарде «Птармигана».

Я пользуюсь ею зимой, когда снег и лед выгоняют меня с горы.

Я быстро вошел внутрь и взял старую гитару «Мартин D-35», которая стала моей любимицей. Ее звали Элла, и она родилась в Пенсильвании от немецких и бразильских родителей где-то в 1970-е годы. Мы с ней познакомились пятнадцать лет назад в ломбарде в Таосе, и химия нашей любви была быстрой и электрической, но на акустической стороне восприятия. Она гортанная, нежная, будет лаять, если вы начнете рвать струны, но поднимет вас над сиденьем, если вы отпустите поводья и позволите ей говорить собственным голосом.

Эта гитара напоминала мне мисс Эллу[8 - Имеется в виду Элла Фицджеральд.] и ее богатый, чистый, многослойный, вибрирующий голос. Каждый раз, когда она открывала рот, вам стоило прислушаться, потому что ее слова вскоре находили путь к вашему сердцу, где снимали все внешние оболочки, либо просто пронзая его насквозь, либо исцеляя вас.

Вернувшись, я обнаружил Делию за столиком для пикников под зонтиком, который трепетал на ветру.

Я раскрыл футляр, положил Эллу на колени и стал ее настраивать.

Делия с интересом наблюдала за мной.

– Знаешь, теперь у них есть маленькие электронные штучки, которые здорово работают, – заметила она.

Я улыбнулся, не поднимая головы.

– И не говори.

Когда я закончил, то исполнил несколько аккордов, а потом положил ладонь на струны, чтобы заглушить звук, и резко повернулся к ней:

– Спой что-нибудь.

Она медленно заговорила, приподняв бровь:

– Просто.

Спеть. Что-нибудь?

– Все, что захочешь.

Без предупреждения и каких-либо предварительных извинений она открыла рот и запела страстную, бархатистую мелодию песни Дасти Спрингфилд[9 - Дасти Спрингфилд (настоящее имя Мэри Изобел Кэтрин Бернадетт О’Брайен, 1939–1999) – британская певица, достигшая наибольшей популярности в 1960-е, а затем в 1980-е годы, когда она выступала с группой Pet Shop Boys.] о Билли Рэе, сыне проповедника. Я едва не растаял на скамейке.