Ищу человека (сборник)

Тут, натурально, должен быть микрофон. Подслушивающее устройство. Мне знакомый алкаш рассказывал…

– Потом найдешь. Завтракать пора.

Мы наскоро умылись. Жбанков переодел сорочку.

– Как ты думаешь, – спросил он, – выставить полбанки?

– Не спеши, – говорю, – тут, видно, есть. К тому же сегодня надо быть в райкоме.

– Я же не говорю – упиться вдрабадан. Так, на брудершафт…

– Не спеши, – говорю.

– И еще вот что, – попросил Жбанков, – ты слишком умных разговоров не заводи. Другой раз бухнете с Шаблинским, а потом целый вечер: «Ипостась, ипостась…» Ты уж что-нибудь полегче… Типа – Сергей Есенин, армянское радио…

– Ладно, – говорю, – пошли.

Стол был накрыт в гостиной. Стандартный ассортимент распределителя ЦК: дорогая колбаса, икра, тунец, зефир в шоколаде.

Девушки переоделись в светлые кофточки и модельные туфли.

– Присаживайтесь, – сказала Белла.

Эви взяла поднос:

– Хотите выпить?

– А как же?! – сказал мой друг. – Иначе не по-христиански.

Эви принесла несколько бутылок.

– Коньяк, джин с тоником, вино, – предложила Белла.

Жбанков вдруг напрягся и говорит:

– Пардон, я этот коньяк знаю… Называется КВН… Или НКВД…

– КВВК, – поправила Белла.

– Один черт… Цена шестнадцать двадцать… Уж лучше три бутылки водяры на эту сумму.

– Не волнуйтесь, – успокоила Белла.

А Эви спросила:

– Вы – алкоголик?

– Да, – четко ответил Жбанков, – но в меру…

Я разлил коньяк.

– За встречу, – говорю.

– За приятную встречу, – добавила Белла.

– Поехали, – сказал Жбанков.

Воцарилась тишина, заглушаемая стуком ножей и вилок.

– Расскажите что-нибудь интересное, – попросила Эви.

Жбанков закурил и начал:

– Жизнь, девчата, в сущности – калейдоскоп. Сегодня – одно, завтра – другое. Сегодня – поддаешь, а завтра, глядишь, и копыта отбросил… Помнишь, Серж, какая у нас лажа вышла с трупами?

Белла подалась вперед:

– Расскажите.

– Помер завхоз телестудии – Ильвес. А может, директор, не помню. Ну, помер и помер… И правильно, в общем-то, сделал… Хороним его как положено… Мужики с телестудии приехали.

Трансляция идет… Речи, естественно… Начали прощаться. Подхожу к этому самому делу и вижу – не Ильвес… Что я, Ильвеса не знаю?.. Я его сто раз фотографировал. А в гробу лежит посторонний мужик…

– Живой? – спросила Белла.

– Почему живой? Натурально, мертвый, как положено. Только не Ильвес. Оказывается, трупы в морге перепутали…

– Чем же все это кончилось? – спросила Белла.

– Тем и кончилось.