Разоблаченная Изида. С комментариями. Том I

] Другими словами, отвергая «дешевый осадок спиритуализма», отважный ученый теперь сам по собственной воле бросается в «бездну магии и некромантии»!

Признанные законы физической науки объясняют только некоторые из более объективных так называемых спиритуалистических феноменов. В то время как эти законы помогли установить реальность некоторых видимых проявлений некой неизвестной силы, они пока что не дали возможности ученым контролировать по желанию даже эту часть феноменов.

Дело в том, что профессора еще не открыли необходимых условий, обусловливающих феномены.

Они должны настолько же углубиться в изучение тройной природы человека – физиологической, психологической и божественной, – насколько углубились их предшественники: колдуны, маги и чародеи древности. Вплоть до настоящего времени даже те, кто вели исследования феноменов так же тщательно и беспристрастно, как мистер Крукс, – оставляли в стороне причину феноменов как нечто, что теперь невозможно раскрыть, если вообще ее когда-либо можно будет раскрыть. Они беспокоились об этом не более, чем о первопричине космических феноменов корреляции энергий, чьи бесконечные следствия они с таким усердием наблюдают и классифицируют. Направление их исследований настолько же неразумно, как неразумна попытка человека, пытающегося открыть источник реки, двигаясь по направлению к ее устью. Это настолько сузило их взгляды на возможности закона природы, что самые простые формы оккультных феноменов вызвали их отрицание: они не могут быть, если чудеса невозможны; а так как [чудеса – ] это научный абсурд, то физические науки в последнее время стали терять престиж. Если бы ученые вместо того, чтобы отрицать чудеса, стали бы их изучать, то многие сокровенные законы, известные древним, снова были бы открыты. «Убеждение, – говорит Бэкон, – приходит не путем доказательств, а путем опыта».

Утерянные искусства

Древние, особенно халдейские астрономы и маги, всегда очень отличались своею большою любовью и устремлением к знанию по всем отраслям науки.

Они пытались проникнуть в тайны природы тем же путем, что и наши современные естествоиспытатели, тем единственным методом, которым эта цель может быть достигнута, а именно экспериментальными исследованиями и рассуждением. Если наши современные философы не в состоянии понять того факта, что древние проникли глубже, чем они сами, в тайны Вселенной, то это еще не есть обоснованная причина, чтобы не признать за древними части этих знаний и обвинять их в суеверии.