Разоблаченная Изида. С комментариями. Том I

Они олицетворяются Брахмой, Вишну и Шивой, но они опять-таки слиты в единое. Объединенный Брахма, или, как его называют в Ведах, Триденди, есть трояко проявленный Бог, от которого произошло символическое Аум, или сокращенное Тримурти. И только под этой троицей, всегда действенной и осязаемой для всех наших чувств, невидимый и незнаемый Монас может проявляться в мире смертных. Когда он становится Шарира, или тем, кто принимает видимую форму, он олицетворяет все принципы материи, все зародыши жизни, он Пуруша, бог трехликий, или тройственная сила, сущность ведической триады.

«Пусть брахманы знают священный Слог (Аум), три слова из Савитри, и пусть каждый день читают Веды».[52 - Законы Ману. IV, шл. 125.]

«После создания Вселенной Тот, чья власть непостижима, исчез опять, будучи поглощен Высочайшей Душой… Удалившись в первоначальный мрак, Великая Душа остается внутри непознаваемого и лишена всякой формы…»

«Когда, опять соединившись с тончайшими элементарными принципами, он войдет в растительное или животное семя, он в каждом примет новую форму».

«И таким образом, попеременно пробуждаясь и покоясь, Неизменное Бытие вечно заставляет оживать и умирать все существующие твари, как активные, так и инертные».[53 - Законы Ману. I, шл. 50 и далее.]

Кто изучал Пифагора и его размышления о Монаде, которая после того, как эманировала Дуаду, погружается в молчание и мрак, и таким образом создает Триаду, – тому понятно, откуда пришла философия великого мудреца с Самосы,[54 - Пифагора называли Самосским.

 – Прим. ред.] и вслед за ним – Сократа и Платона.

Кажется, Спевсипп учил, что психическая, или туметическая, душа так же бессмертна, как духовная, или разумная душа; далее мы познакомим с его доводами. Он также, подобно Филолаю и Аристотелю, в своих изысканиях по поводу души делает из эфира элемент; таким образом получилось пять начальных элементов, которые соответствовали пяти регулярным фигурам геометрии. Это также стало доктриной александрийской школы.[55 - Божественная арифметика.

С. 62, «Пифагорейские числа».] В самом деле, в этой доктрине было много от филолетианства, что не появилось в трудах более поздних платонистов, но, несомненно, преподавалось по сути самим философом, но по обычной его осторожности не было изложено письменно, так как было слишком сокровенно для опубликования. Спевсипп и Ксенократ после него, подобно их великому учителю, верили, что Anima Mundi, или мировая душа, не была божеством, но проявлением.