Госпожа отеля «Ритц»

К ним нагрянули друзья Бланш и Перл из киноиндустрии; было много алкоголя, рискованных шуток и смеха; потом Аузелло проводили на вокзал, где ослепленная счастьем пара села на поезд до побережья – там им предстояло провести медовый месяц и посетить родителей Клода. На вокзале театральные дебоширы устроили настоящее представление; везде валялись бутылки шампанского. Перл даже потребовала разбить одну из них о борт поезда, чтобы окрестить его. Клод вздохнул с облегчением, когда они с Бланш наконец-то сели в вагон, а ее друзья, шатаясь, ушли – настолько пьяные, что оставалось только молиться, чтобы никто из них не упал под приближающийся поезд.

Устроившись в купе, Клод сразу узнал кое-что новое о своей Бланшетте (ласковое прозвище, которое он дал жене).

– Теперь, когда мы поженились, я поступлю так же, как Наполеон поступил с Жозефиной, – спокойно сказал он, радуясь, что остался наедине с женой. – Я буду настаивать на том, чтобы ты перестала общаться с друзьями.

Они не соответствуют твоему положению, тем более что я собираюсь работать в «Ритце». Ты слишком хороша для них, Бланш.

– Ты… что? – Она моргнула и так крепко сжала букет орхидей, который он подарил, что Клоду показалось, будто цветы вот-вот оторвутся от стеблей.

– Я настаиваю, чтобы ты бросила своих друзей, Бланш. – Клод не понимал, почему ему приходится повторять; кажется, она не была слабослышащей.

– Хммм… – Она потянулась за косметичкой и стала подкрашивать лицо пудрой и румянами.

– И еще кое-что, – продолжал Клод, радуясь возможности все обстоятельно объяснить американской невесте, которая, возможно, не совсем понимала, как вести себя в роли жены (Клод не представлял, как это происходит в Америке). – Я не хочу, чтобы ты так сильно красилась. Я понимаю, что это необходимо для твоей профессии, но в реальной жизни это лишнее. И, дай бог, для профессии – тихо добавил Клод, – это тоже скоро не понадобится.

За время их помолвки она снялась в одном французском фильме.

В романтическом фильме, где Бланш должна была заниматься любовью с другим актером. Клод смотрел этот фильм, наверное, раз двадцать, каждый раз багровея от бессилия и ярости при виде того, как его невесту – теперь уже жену – целует другой мужчина. Но Бланш, должен был признать Клод, оказалась не очень хорошей актрисой. Конечно, рано или поздно об этом узнают все – это только вопрос времени.