Капитан Панталеон и Рота добрых услуг

 – Алькальд Теофило Морей грызет ногти, алькальд Теофило Морей подскакивает на стуле. – И не промахнулись – она забеременела, генерал.

– Вы мне покажете этих разбойников, сеньорита Доротеа, – рычит полковник Петер Касауанки. – Да не плачьте, не плачьте, я все улажу, увидите.

– Вы думаете, я смогу? – всхлипывает Доротеа. – Одной выйти к этим солдатам?

– Их построят тут, перед караульной. – Полковник Максимо Давила прячется за металлическую решетку. – Вы будете смотреть на них из окна и, как заметите насильников, сразу подадите мне знак, сеньорита Хесус.

– Насильники? – брызжет слюной отец Бельтран. – Скопище развратников, мерзавцы, жалкое отребье – вот они кто! Сотворить такое бесчинство над доньей Асунтой! Так опозорить мундир!

– Мою служанку Луису Канепу сперва уестествил сержант, за ним – капрал, а напоследок – рядовой необученный. – Лейтенант Бакакорсо протирает очки. – Та вошла во вкус, стала профессионалкой и теперь занимается этим под кличкой Печуга, и сутенер у нее есть, по прозвищу Стомордый.

– Ну-ка, покажите мне, сеньорита Долорес, за кого из этих голубчиков вы хотите замуж. – Полковник Аугусто Вальдес прохаживается перед тремя вытянувшимися новобранцами. – Капеллан мигом вас обвенчает. Ну, выбирайте, выбирайте папу своему ребеночку.

– Мою жену – прямо в церкви… – Плотник Андриано Ларке неподвижно застыл на кончике стула. – Нет, сеньор, не в соборе, а в церкви Святого Иисуса Багасанского.

– Вот так, дорогие радиослушатели, – негодует Синчи.

 – Этих похотливых святотатцев не удержал ни страх Божий, ни должное почтение к святому храму, ни благородные седины этой достойнейшей матроны, давшей жизнь представителям двух поколений наших земляков.

– Они меня как заприметили, Господи Иисусе, тут же и хотели повалить на пол, – плачет сеньора Кристина. – Навалились пьяные, а уж какие мерзости говорили. И все это перед главным алтарем, истинный крест!

– Самую милосердную душу во всем Лорето, мой генерал, – грохочет отец Бельтран, – пять раз оскорбили!

– И еще его дочку, его племянницу, его крестницу – знаю я все это, Скавино, – стряхивает перхоть с плеча Тигр Кольасос.

 – С кем этот отец Бельтран, в конце концов, – с нами или с ними? Разве он не армейский капеллан?

– Я протестую как священник и как солдат, мой генерал. – Майор Бельтран втягивает живот, майор Бельтран выпячивает грудь. – Эти нечестивцы наносят ущерб не только жертвам, но и самой армии.