Феррагосто

Вдалеке виднелись посеченные холмы старых карьеров: когда-то здесь велись разработки породы, но сейчас все казалось давно заброшенным. Перешагнув через раскаленные рельсы, Кристина и Карло заглянули в гулкую темноту. На них пахнула прохлада. Где-то вдали мерцала светлая точка, выход, до которого, казалось, предстоял бесконечно долгий путь. «Идти через туннель на ту сторону опасно, – решил Карло. – Если появится поезд, кто знает, смогут ли они где-нибудь укрыться». Он дал себе слово обязательно вернуться сюда для более тщательного осмотра, скорее всего, уже одному, без Кристины.

Сделав предварительный осмотр, они направились к машине. Жар уже спадал, воздух повис, недвижимый, утомленный. Карло едва волочил ноги. Все-таки стоило послушать советов местных: остаться дома и не бросаться на поиски ответов в первый же день.

Наконец они добрались до припаркованного у дороги автомобиля, и Карло без сил плюхнулся на переднее сиденье. Кристина же, напротив, казалась оживленной, словно их приключение доставило ей уйму удовольствия.

Она вырулила на дорогу, напевая себе под нос и качая головой, позволяя теплому ветру трепать волосы, пока машина набирала скорость.

– Что ты знаешь об этом деле? – спросил Карло.

– Немного. В городе есть несколько версий происшедшего. Но в большинство из них я не верила даже в детстве. Инопланетяне, дух горы, проклятье и прочая ерунда.

– А что насчет других?

– В шестьдесят девятом в Ланцио приезжали студенты-физики из университета Палермо.

С одним из них я даже закрутила интрижку, кажется, его звали Джино. Как я поняла, проект был засекречен, и он не делился подробностями, сказал только, что дело касалось какой-то недоказанной теории. Они пробыли здесь около месяца, жили в лагере, раскинули его прямо там, недалеко от туннеля, делали замеры, расставили кучу всяких приборов, не знаю, чем у них дело кончилось.

– А Джино не говорил, какова основная версия исчезновения? Наверняка у них в университете кто-то выдвинул парочку.

– Да нет же, ничего такого. – Она пожала плечами. – Да и, честно говоря, у нас были дела поважнее болтовни о поезде.

– Не сомневаюсь.

– Ой, посмотрите на него! – Она повернулась к Карло, позабыв о дороге. – Так ты из скромников?

– Не понимаю, о чем ты. Я здесь по делам, и мне неинтересны подробности чьей-то личной жизни. Просто твоя невнимательность характеризует тебя с определенной стороны.