Папа

Главным, конечно, пока не могу, но через пару лет вполне.

– Не знаю. – Семёныч смутился и опять пожал плечами. – Каким врачом? У тебя тут кардиология есть?

– Да каким хочешь. Подожди, я тебе сейчас покажу.

Казаков встал с кресла и подошёл к компьютеру. После некоторых манипуляций зашумел принтер, и из него вышло несколько листов.

– Вот, смотри. – Казаков протянул Семёнычу распечатанную презентацию. – За этим – ближайшее будущее. Это гораздо круче, чем стоматология.

– А мне-то что здесь делать? – Сергей Семёнович, насколько это было возможно после водки и коньяка, рассматривал листы.

Это была цветная презентация медицинских услуг. Современная лазерная установка предполагала излечение от множества болезней. Процедура «плазмаферез» обещала мгновенное омоложение. Далее приводились цитаты из лекций профессоров медицины, которые Семёнычу были неизвестны, и отзывы от благодарных пациентов.

– Ты посмотри последнюю страницу. – Казаков так и не смог дождаться, пока Семёныч сам дочитает до конца.

Сергей Семёнович вытащил последний лист – прайс-лист услуг, которые предлагала клиника. Бегло взглянув на цены, он присвистнул и поднял глаза на Геннадия.

– Да, старик, сейчас это тема. И, что самое главное, мы пока первые это делаем, поэтому конкуренции нет. Мы можем назначать любую цену.

– А общая медицина? Кардиология у вас есть?

– Конечно, есть. Все направления. Стоматология, естественно, тоже. Просто я тебе говорю о том, где мы зарабатываем по полной. Мы недавно о-очень серьёзно вложились в оборудование, и теперь нужно как можно скорее это все отбить.

– Ген, я не понял. Ты в кардиологию меня зовёшь?

– Да что ты заладил всё: кардиология, кардиология! – Казаков раскраснелся после выпитого коньяка и активно жестикулировал. – Будешь терапевтом или кем хочешь. Помимо оклада, который будет в три раза выше, чем у тебя на скорой, с каждой процедуры, которую ты сможешь продать пациенту, будешь получать десять процентов. Ты прайс видел? Вот, теперь посчитай.

Сергей Семёнович задумался.

– Гена, ты за кого меня держишь? Я не торгаш, а врач. Да я и не умею продавать. Вернее, не хочу. Я умею спасать, оживлять. Вот это моя работа. И я её делаю хорошо.

– Послушай. – Казаков встал со своего кресла и пересел на подлокотник кресла Семёныча. – Я знаю, ты классный специалист, но скорая без тебя справится, незаменимых нет. А вот тебе нужно подумать о своей жизни.