Ледяная душа

Видно, сразу, как ей полегчало, собака с трудом встала и побрела вперёд. Сначала Хьюго удивился, но затем всё понял, когда в отсветах пожара увидел причину, которую не замечал до сих пор. На траве, подтянув колени к груди и уткнувшись в них лицо, сидела и тряслась девочка. Несси лизнула ей локоть, как бы сообщая, что всё уже закончилось, а потом осторожно подлезла под руку и легла рядом, устроившись мордой на тощих ногах девочки.

Хьюго подлетел к ней, ошарашенный.

– Так оно за тобой охотилось?! – Он присел на корточки перед ней, но девочка резко отползла, подняв взгляд.

В её расширенных и заплаканных глазах застыл страх. Она прижимала к груди кулаки и пристально следила за движениями Хьюго.

– Не бойся, я не обижу тебя, – сказал он тихим, спокойным голосом. – Как тебя зовут?

Его монолог прервал писк телефона, исходящий из кармана. Хьюго прекрасно знал, что он означает. Он повернул голову к небу и убедился – луна полностью окрасилась в алый цвет. Время вышло.

– Нужно срочно уходить!

Хьюго не успел схватить девочку, она внезапно оживилась и закричала:

– Сзади!

Он машинально обернулся и закрылся предплечьем.

Ферокс вцепился острыми клыками в руку и проткнули плоть, погрузились до самой кости. Боль вывернула Хьюго дугой, он громко закричал. Ноги сделались ватными и тогда ферокс поднял его в метре над землёй. Чудище могло в одно движение с лёгкостью отделить руку от туловища, но вместо этого стояло выжидающе, словно наслаждаясь криками и кровью, которая стекала ем прямо в пасть.

В этот раз чудо не придёт на помощь. Раненная Несси могла лишь загораживать девочку и лаять изо всех сил.

Боль разносилась по телу, как электрический разряд, заставляя Хьюго выть. Он был готов сдаться, потонуть в темноте и скорее закончить муки. Но перед затуманенным взором появилось лицо няни. Вёгл не защитит её от ферокса, нагрянувшего в поместье. А перед этим он полакомится девочкой и Несси. Если не Хьюго, то кто спасёт их?

Пробудившиеся желание жить, боль и ненависть – чувства, котоыре он вложил в заклинание, умножились многократно и вырвались огненным копьём.

Сначала яркая вспышка ослепила чудище. Оно успело разжать челюсть прежде, чем огненный луч пробил его насквозь.

Хьюго вырвался прежде, чем ферокс рухнул, но пошатнулся и упал рядом. Он ловко расстегнул ремень штанов и туго затянул его на плече, чтобы вирус не прошёл дальше. Хьюго знал: теперь заражение неизбежно, но надеялся, что хотя бы ненадолго отсрочить его.