Соперницы

Что касается меня… Хочу напомнить, что мы кое о чем с тобой договорились…

– И что? Ты теперь будешь требовать с меня неустойку? – надменно поинтересовалась она.

– Разумеется, нет. Но нарушать договор, хотя бы и устный, без объяснения причин… Так не делается, тебе это прекрасно известно.

– Господи, если бы ты только знал, к чему ты меня принуждаешь! – патетически воскликнула Стефания.

– Так объясни мне, в конце концов, – рассвирепел Голубчик. – Хватит играть втемную, скажи, что за привидение посетило тебя вчера в ресторане.

– Неважно… Я не хочу об этом говорить…

– Ну а я не хочу никуда уезжать, – снова вклинился Эд. – И не поеду! Точка! – повторил он недавние слова матери и, пулей выскочив из комнаты, едва не столкнулся со мной.

– Привет! – резко притормозил он.

– Здравствуй! – Я быстро взглянула на него, поиграла бровями и опустила глаза, будто бы смутившись.

Успела, однако, отметить, что невозможно длинные ресницы его взволнованно затрепетали, а на скулах вспыхнул румянец.

– Вчера я… – начал он.

Я же быстро сжала его руку и показала глазами в сторону приоткрытой двери в спальню Стефании – мол, молчи, матушка услышит. Он сообразил, что я имею в виду, и крикнул, обернувшись:

– Тебя тут ждут, между прочим!

Из спальни показалась Стефания – бледная, с рассыпавшейся прической, с темными кругами под запавшими глазами. Она все еще похожа была на сильную, опытную хищницу, но теперь уже выведенную из равновесия, учуявшую опасность.

«Что это так ее стукнуло? – подумала я. – Должно быть, они с «блистательной Натали» что-то крепко не поделили в прошлом». Стефания же, мигом взяв себя в руки, спокойно поздоровалась и заявила:

– Вот и отлично. Алена, давайте спустимся в город, пройдемся и все обговорим. Я хочу как можно меньше времени проводить на борту теплохода.

Последняя фраза, вероятно, направлена была в сторону Голубчика, созерцавшего всю сцену с порога спальни с поистине олимпийским спокойствием.

Должно быть, за эти сто лет, что они знакомы со Стефанией, он научился стоически переносить выкрутасы ее бурного темперамента.

– Пожалуйста, – с готовностью кивнула я. – С удовольствием прогуляюсь.

Капризной старой сволочи вовсе незачем знать, как я на самом деле к ней отношусь. Пусть считает меня доверенным лицом, союзницей – меньше будет опасаться, что я погублю честь ее обожаемого сынка.

* * *

Мы вышли на палубу, светски переговариваясь.