Сатир и нимфа, или Похождения Трифона Ивановича и Акулины Степановны

 Нимфа когти расправила

Акулина сидела с Трифоном Ивановичем за самоваром и говорила:

– Что ж вы варенье-то из шкафа не выставляете? Я хочу, чтоб каждый день с вареньем чай пить.

– Сделай милость, Акуличка, поди и возьми себе в шкафу варенье. Шкаф отперт, – отвечал Трифон Иванович, млея около Акулины.

– Мне лень. Подите и принесите сами.

– Ах, какая ты требовательная! Ну да изволь…

– А отчего же мне не быть такой? За что же нибудь я старика полюбила.

– Ну уж… Будто я такой старик?

– А то как же… Вон у вас овчина-то на голове вся облезла даже.

Зубов нет. Вместо зубов на манер как бы два пня гнилых. Слышите, я хочу, чтобы мне каждый день, утром и вечером, без вас и при вас чай внакладку пить.

– Сделай одолжение.

– И чтобы уж самой сахаром распоряжаться. Я и приказчикам буду выдавать… Давайте-ка сюда ключи. Давайте, давайте… Нечего тут…

– Да ведь у меня тут ключи и от комода с бельем.

– Когда белье понадобится, то у меня спросите.

– Полно, Акулинушка, неловко.

– Говорят вам, давайте. Это еще что за мода артачиться! Ну вот, я теперь ключница. Так вы ужо вечером приказчикам скажите, чтоб они меня ключницей предпочитали и Акулиной Степановной звали. «Я, мол, сам ее за ключницу предпочитаю и Акулиной Степановной называю, так и вы обязаны».

– Ох, что ты со мной делаешь, – вздохнул Трифон Иванович.

– И уж сегодня я вам стряпать не буду, так вы и знайте. Мне самой стряпни не надо, я и кофею с булками напьюсь, а вы ежели хотите хлебать, то посылайте для себя и для приказчиков за хлебовом в трактир.

А завтра нанимайте себе кухарку, и пусть она стряпает, а я над ней буду командовать.

– Акулинушка!

– Нечего тут «Акулинушка»! Давно знаю, что я Акулинушка. Двадцать четвертый год Акулинушка. И желаю я, чтоб мне каждый день в польских сапогах ходить.

– Хорошо, хорошо… А только вот что ты самовольно в ключницы навязываешься и сегодня стряпать отказываешься… Ах, разоблачаешь ты меня перед приказчиками!

– Ну что ж… Не любо в ключницы, так я и совсем уйду… – нахмурилась Акулина.

– Нет, нет, я ничего… А только…

– Что «только»?

– Переезжай на другую квартиру… Там у тебя и кухарка будет, и варенье, и сапоги польские. Шубу лисью с шелковой покрышкой даже тебе сделаю.

– Шубу лисью я и здесь хочу… Вот вы обещались мне к празднику хороший подарок – вот шубу лисью и подарите.

Трифон Иванович задумался.