Сатир и нимфа, или Похождения Трифона Ивановича и Акулины Степановны

– Вечером невозможно… Вечером нельзя.

– А я приду и сяду – вот и будет можно.

– Слушай! Ты этого не делай! Ты не раздражай меня, не доводи до ссоры, – заговорил хозяин и, поднявшись со стула, в волнении заходил по комнате.

Акулина заморгала глазами и закрыла лицо рукой.

– Обманщики! – слезливо бормотала она. – Изменники… Сами и так, и эдак, а как что-нибудь до вас касающееся, так и нельзя… Тень… Нешто на меня-то вы тень не наводите!

– Дура ты эдакая! Да ведь ты сама на себя тень наводишь! Я только и говорю тебе, чтоб приказчикам ни гугу, а ты хочешь при приказчиках со мной за стол садиться и чай пить.

Нет, ты этого и думать не смей, пока здесь живешь.

– А вот буду думать! – поддразнила его Акулина. – А будете артачиться, так и не подходите тогда ко мне…

Хозяин чесал затылок.

– Да будет тебе! Угомонись… – ласково сказал он и хотел ее потрепать по плечу, но она подняла руку и ударила его по руке.

– Оставьте, коли так…

– Ну, полно, не сердись… Ну чего тут? Ну давай сейчас чай пить.

Будто не все равно, что при приказчиках пить, что без приказчиков! Вот баба-то! Сама на мараль лезет.

– И хочу я, чтобы вы мне к Рождеству шелково платье подарили, – продолжала она.

– Вот насчет шелкового платья можно. Шелковое платье подарю. Мало того, не одно подарю, а два – переезжай ты только на отдельную квартиру.

– Этого я не желаю.

– Ты вот теперь простая деревенская баба, – даму из тебя сделаю, только переезжай на квартиру.

– Ни за что на свете. Нет, не перееду. И вот еще что… Дайте мне двадцать пять рублев денег… Мне к Рождеству надо в деревню послать.

– Здравствуйте! Раньше говорила, что надо только три рубля в деревню послать, а уж теперь двадцать пять.

– Надумала так – и вышло двадцать пять, – отвечала Акулина. – Ведь у меня там родные есть.

Хозяин погрозил пальцем.

– Эх, Акулина! Тебя кто-нибудь подучил на эти штуки! – сказал он.

– Кто меня станет подучивать? Сама надумала. Польские сапоги надо к празднику, – продолжала она.

– И польские сапоги? Так… Ну а как же до сих пор-то без польских сапог ходила?

– А теперь хочу.

Да полноте вам скупиться-то! Эдакий богатеющий купец и такой жадный! А будете скупиться, так вот что… Будете скупиться, так я у вашего приказчика Парфена попрошу.

– И думать не смей! И воображать не смей! – заговорил хозяин. – Лучше не губи Парфена… Чуть тень на него бросишь – сейчас сгоню его по шее без расчета и буду всем рассказывать, что он на руку нечист. Пусть в деревню едет.