Дерево игры

Беру малыша Митю на руки, прижимаю к себе Гришу и пытаюсь сосредоточиться на молитве.

– Стена заградительная людям, Михаил архистратиг, и столп крепкий в бранях, ибо Твоим заступлением побеждаются вражьи полки; мы же спасаемые взываем к Тебе: Радуйся!

Матушка медленно дочитывает акафист и кропит дом святой водой – прямо своими нитяными чётками вместо кропила. Митя спит у меня на руках. На улице тихо.

В дверь громыхают, будто ногой. Слышится какая-то возня и собачий визг. Мы переглядываемся. Я кладу малыша на кровать, подбираю топор у печки и встаю рядом.

Монахиня произносит молитву и открывает дверь рывком. На пороге дочка – пытается удержать Шмеля за обрывок веревки. Пес с нее ростом – радостно прыгает, визжит, пытаясь лизнуть всех, кто попадется.

– Мам, смотри, кто! Он меня у монастыря ждал.

"Во глубине вятских лесов…"

Наступал праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, а накануне, в воскресенье, мы были в храме, причастились всей семьей. И вот стою на молебне после службы и чувствую: вроде, схватки.

Но еще слабенькие. Предвестники. А матушки тянут своими тоненькими голосками акафист, написанный батюшкой:

– Во глубине вяяяятскииих лесооов…

И сразу представляется сказочный, запорошенный снегом наш лес, который начинается сразу за домом. В таком лесу обязательно живёт Дед Мороз со своей внученькой. Не так давно морозной ночью я возвращалась по тёмной деревне домой из монастырской бани, где в тот день была стирка. Я с усилием тащила за собой санки с горкой мокрого постельного белья, под ногами хрустел и искрился снег, а небо казалось усыпанным замороженным хрусталем.

Я почувствовала, что надо просто остановиться, застыть, замереть, чтобы не нарушать гармонии мира. Чистота линий была такая, что невольно рисовалась в небесах Снежная королева, а сама я ощущала себя одновременно и отважной Гердой, и замерзшим потерянным Каем над ледяной головоломкой…

Тут одна из монахинь взглянула на меня, неожиданно подошла и сказала: «Благословение на роды возьми у батюшки!» И я взяла.

Но к вечеру схватки так и не усилились. Муж пошел на вечернюю службу, а я осталась дома. Забралась на старый диванчик и открыла книгу сказок.

Никогда мне не звонила фельдшерица из районного центра, в котором были и магазины, и роддом, и вообще цивилизация. А тут она позвонила, спросила, как дела. Я рассказала, что с утра схватки, но слабые. Она быстренько побежала к соседке-врачу, и та велела мне немедленно ехать в больницу.