Цирковой поезд

Месяцем позже Тео Пападопулос прибыл на станцию Виктория с двумя чемоданами, дочерью на руках, желанием забыть старую жизнь и секретом, глубоко похороненном в его сердце. «Мир чудес Беддингтона и Стерлинга» начал тур по континенту с выступления в театре «Лондон Палладиум». Был 1929 год, Рузвельт стал президентом, и на рынке ценных бумаг произошел обвал. Что бы ни случилось, Хорас настаивал на том, чтобы они не останавливались. «Шоу должно продолжаться», – говорил он.

Ведь когда Хорас Беддингтон-третий сильно желал чего-то, то ничто не могло встать на его пути.

Глава третья

Лена Пападопулос не верила в магию. Во всяком случае в магические представления, от которой раз за разом были без ума зрители шоу «Мира чудес». И хотя она выросла в цирке – месте, где в буквальном смысле было возможно все, мир Лены вращался сугубо вокруг материального. Будучи с самого детства прикованной к инвалидной коляске, она чувствовала, что этот барьер всегда будет отделять ее от остальных детей и взрослых.

И хотя ели они одну пищу, спали в одном вагоне, наслаждались той же самой музыкой, они отличались, а девочка рано уяснила, что тех, кто не такой, как все, никто не любит.

Но не всегда все было так плохо. Когда Лена была совсем еще ребенком, то ее инвалидная коляска, наоборот, манила детей. Малыши лет четырех, еще не понявшие, где черное, а где белое, собирались вокруг нее каждый день. Она помнила, как однажды ее ждали около кабинета врача несколько часов лишь для того, чтобы, едва завидев Лену, умолять ее дать прокатиться на кресле.

К ней подходили за обедом, с завистью в глазах водили руками по каркасу кресла.

– Я не хочу ходить! – крикнула одна девочка и скрестила руки на груди.

– Не глупи, – ответила его мама. – У бедной девочки с младенчества полиомиелит. Неужели и ты хочешь заболеть?

– Да! – крикнула ее дочь. – Я хочу ездить, как она!

Но шли годы, и на смену любопытству пришло отторжение.

Ограничения, с которыми сталкивалась Лена, постепенно стали очевидными. Общение с ней быстро превратилось из приятного в принудительное. Сначала дети благородно пытались подстроиться под нее и включить ее в свою компанию, но каждый раз становилось понятно, что легче просто не звать ее. Не важно, как бы они ни старались, но чтобы играть в прятки или в вышибалу с Леной, требовалось буквально переписывать правила игры.