Долина Инферин. Жар солнца

– Вы можете верить мне, – заверил Брикман, видя, что Пешехонов не торопится рассказывать. – Я никогда не предам вас. Конечно, каждому ученому хочется сенсации, но есть вещи, которые нельзя открывать никому, кроме посвященных. Хочу быть одним из них.

И Пешехонов поверил ему. Он открыл всю правду о перемещении в Долину, о том, как нашли старую Видящую и как потом их захватили люди Верманда. Он вспомнил о восстании, которое они готовили вместе с «народным вождем» и о том, что Эмилия видела в нем, в Алексее, следующего правителя Долины Инферин.

Однако Золотой Обелиск, вопреки ее пророчествам, выбрал принцем их гида Томаса. Алексей поведал о той страшной битве за власть, в которой погибло столько невинных людей, и о том, как они потеряли Такавири, Романа и Вадима. Закончил он повествование великим празднеством в честь возвращения короля, и вдруг запнулся, вспомнив последнюю ночь с Эмилией.

– В чем дело, Алексей? – спросил Брикман, чутко улавливающий каждое его слово.

Их разговор длился уже больше часа, но тот ни разу не показал, что устал или ему стало скучно.

Этой жаждой до новых историй он напомнил Алексею чету Кулагиных. Но Пешехонов почему-то доверял этому пожилому профессору. Он чувствовал, что Курт хороший человек и не обманывает их.

– Правильно ли я понял, что Томас Вест, ваш гид, остался королем в Долине? Но где же тогда Эмилия? Она тоже решила с ним остаться? Почему?

– Хотел бы и я знать, – горько сказал Пешехонов. – Ответ есть только у Катрины, но за весь день я так и не удосужился спросить у нее.

– Так в чем же дело? – улыбнулся Брикман. – Спросите у нее завтра.

Наутро разразилась гроза. Ливень лил сплошной стеной, завывал ветер, и порой казалось, что палатки подхватит одним из свирепых порывов и унесет далеко за пределы лагеря. Поговорить с Катриной об Эмилии Алексею не удалось и теперь. Около шести утра, сквозь завывание ветра и гремящие потоки воды, льющиеся с небес, послышался стрекот лопастей вертолета. На широкую равнину чуть поодаль от лагеря Брикмана опустилась большая военная машина.

Оттуда выскочило несколько бойцов.

Они разбудили весь лагерь. Археологи, которые остались здесь до окончания сезона раскопок, выскакивали из палаток и испуганно оглядывались по сторонам. Алексей мгновенно все понял и ринулся в палатку Катрины.

– Пешехонов, ничто так не бодрит с утра, как твой вид в очаровательных инферинских трусах, – съязвила давно проснувшаяся и одетая Катя.