Малый дом в Оллингтоне. Том 1

В глубине души он знал, что ему нельзя жениться на бедной невесте, как сознавал и то, что ему не хотелось бы жениться на деньгах, а поэтому вопрос о женитьбе, о счастье супружеской жизни был отодвинут у него на задний план. Но… но в нынешнюю минуту мы не станем вдаваться с излишним любопытством в частную жизнь и обстоятельства нашего нового друга Адольфа Кросби.

После приговора, произнесенного над ним Лилианой, две сестры некоторое время молчали. Белл, как кажется, немного рассердилась на Лили. Редко случалось, чтобы она позволяла себе расточать похвалы какому-нибудь джентльмену, а теперь, когда она сказала несколько слов в пользу мистера Кросби, сестра упрекнула ее за это невольное увлечение.

Лили что-то рисовала и через минуту или две совсем забыла о мистере Кросби, но Белл продолжала считать себя обиженною и не замедлила вернуться к прерванному разговору:

– Мне не нравится этот сленг[10 - В Англии XIX века под словом «сленг» понимали любые выражения, не относящиеся к литературному языку, в том числе жаргон, диалектизмы, просторечие и т.

 д.], Лили.

– Какой сленг?

– Тот, который ты употребила, когда говорила о друге Бернарда.

– Ах да! Я назвала его надутым индюком. Полагаю, мне приятно использовать сленг. Я думаю, это ужасно смешно – говорить так о забавных вещах. Только из боязни расстроить твои нервы я должна была назвать его неотразимым. Но согласись, что это займет много времени, если при каждом разговоре нам надо обращаться к словарю и отыскивать в нем приличные выражения.

– Все же, мне кажется, нехорошо отзываться так о джентльмене.

– В самом деле? Я и хотела бы выражаться лучше. Да что же делать, если не умею?

«Если не умею»! Для взрослой девицы подобного неуменья не должно существовать. Дело другое, если бы природа и мать не наделили ее этой способностью. Но я думаю, что в этом отношении природа и мать были довольно щедры в отношении Лилианы Дейл.

– Во всяком случае, мистер Кросби джентльмен и умеет показать себя приятным.

Вот мое мнение, – произнесла Белл. – Мама говорила о нем гораздо больше, чем я.

Лили ответила:

– Мистер Кросби – Аполлон, а я всегда считала Аполлона, как ты знаешь, величайшим из когда-либо существовавших индю… Я не договариваю, потому что Аполлон был джентльмен.

В этот момент, когда имя бога красоты оставалось еще на устах Лили, в открытом окне гостиной промелькнула тень, и вслед за тем вошел Бернард, сопровождаемый мистером Кросби.