Полет саранчи

Все сразу стало ясно – нужны ли еще слова? Бадри пригласили, чтобы брать черный нал, – он не брезгливый, вот и брал, наверняка с личного разрешения БАБа. Неучтенные деньги теперь пройдут мимо поставщиков автомобилей, членов правления – партнеров по бизнесу, мимо отчетности, налоги с них тоже платить не надо… Делились ли деньги между отцами-учредителями – неизвестно, но Сергея это не интересовало. Ясно одно: с появлением Бадри здесь больше не работают по правилам, здесь делят наличку под столом.

Бадри вытеснил Глушкова из офиса ЛогоВАЗа, место ловкого кота Тома освободили для другого кота Тома – килограммов на пятьдесят поувесистее, с куда как тяжелой лапой, – и понятно для чего: пришло время ловить не крошечных мышек, а больших жирных крыс.

Но ведь именно Николай Алексеевич наладил целую финансовую систему для отмывки всего и вся, не так ли? Наладил, теперь его можно и в сторону – такова, видимо, была логика БАБа. Глушкова не раз еще будут выдвигать на передовую – за каштанами из огня, – а потом вновь задвигать, до тех пор пока он не станет отработанным материалом. Бадри осваивался на новом месте, но ни Гафт, ни Самат пока еще не задумывались о перспективах дальнейшей экспансии чудесного грузина.

Машина для выкачивания продукции и денег из автогиганта работала исправно. А Борис в это время был увлечен новыми идеями, внедрялся в другие проекты, задумывался о том, что самым лучшим бизнесом в России все-таки является политика. Ведь если в обычном бизнесе на тысячу долларов вложения в то время можно было получить десять тысяч, то в политике за ту же тысячу – миллион.

Правда, можно и все потерять, просто все…

Березовский мало бывал в офисе, часто отлучался, мотался по Европам, осваивал новую для себя роль нувориша, селился в лучших отелях, посещал лучшие рестораны и одевался в бутиках. Возвращался воодушевленный, одетый с иголочки, с фирменным платочком в кармане пиджака, в ауре дорогого парфюма. Влетал словно фурия, скороговоркой давал тысячу невнятных инструкций и тут же улетал.

Ира Пожидаева заносила в блокнот поручения и с привычной иронией резюмировала: «Пролетел как фанера над Парижем, а нам расхлебывать».

Бадри же, наоборот, всячески демонстрировал служебное рвение, бросался к любимому шефу и, карикатурно закатывая в глаза, объяснял, как «мы все скучали без тебя» и «как нам тебя не хватало», – Сергей пару раз становился свидетелем подобных сцен, а Борис млел и таял от счастья. Похоже, у них любовь – платоническая мужская любовь.